Семья для мажора

Это задевает меня сильнее, чем все-все, что она когда-либо мне говорила.

— Что я вам такого сделала? — спрашиваю, упрямо глядя в ее сверлящие глаза.

— Ты как репей, — поясняет. — Прицепилась и никак не отстанешь.

Горло сковывает обидой, может поэтому я не нахожусь, что ответить.

— Я не репей, — говорю хрипловато.

Я забуду ее слова. Выйду, и забуду.

— Давай дам тебе денег, — снисходит. — Сколько ты хочешь, чтобы я тебя больше никогда не видела?

С меня резко становится хватит. Я уже и так чувствую себя немного грязной.

— Нисколько, — встаю, быстро направляясь к двери. — Поверьте, я сама что угодно сделаю, чтобы вас никогда не видеть.

Может это бегство, но мне все равно. В моем мире люди не разговаривают друг с другом вот так. И я не хочу к этому привыкать. И не буду! Но это не значит, что я ничего не чувствую. Я чувствую. От этого слегка потряхивает руки.

— Ты ему мешаешь, — летит мне в спину. — Если любишь, просто отцепись от него.

Резко развернувшись, смотрю на нее зло. На черты ее идеально сохранившегося лица.

— По-моему, это вы ему мешаете, — выпаливаю в ее лицо. — Иначе он бы от вас не сбежал на диван к своему двоюродному брату!

— Кем ты себя возомнила, чтобы повышать на меня голос? — шипит она.

— Хорошего дня, — выхожу, закрывая за собой дверь.

Меня слегка потряхивает, пока иду по коридору, абстрагируясь от всего. Просто шарахаюсь от людей, пропуская по венам злость, протест и желание кусаться.

Мне хочется, чтобы нас все оставили в покое.

Захожу в аудиторию под самый звонок.

У меня контрольная, к которой вчера я попыталась кое-как подготовиться, и когда вижу входящий звонок от Дубцова на телефоне, убираю его в сумку, чтобы не отвлекал.

— Привет, — говорю Алёне, заправляя за уши волосы и выкладывая на стол ручку с блокнотом.

— Я думала, ты сегодня не придешь, — тянет подруга.

— Я в строю, — говорю быстро. — Все нормально.

— Да? — ловлю ее взгляд на своем лице. — Тебя что, злая муха укусила?

— Нет, — стряхивая с себя события десятиминутной давности.

— Было бы что давать, — бормочет она.

— И я тебя люблю… — закатываю глаза, обращаясь к Дубцову мысленно.

До него мною вообще никогда не командовали. До него я вообще жила в другой реальности. Но я люблю его таким, какой он есть. Даже несмотря на его фамилию.

После всех капельниц, через которые мне пришлось пройти, я чувствую себя отлично.