Семья Звонаревых. Том 1
7 прочтений
Так попу и становому скажу. Хозяйнуй и до людей приглядайся. Як що крамолу яку почуешь, мэни в Рашевку донось.
«Ишь, собака, чего захотел», – с ненавистью подумал о нём Блохин, но внешне почтительно простился с ним и поблагодарил за доверие.
Визит урядника помог Блохину узнать, кто в селе «неблагонадёжный» и кого ему надо опасаться. Чтобы избавить себя от излишних подозрений и завоевать ещё большее уважение среди односельчан, Блохин решил обзавестись коровой. Лошадёнка хотя и плохенькая, но была. Правда, ранняя весна была не совсем подходящим временем для покупок.
– Пусть думают, что у меня много денег, – проговорил спокойно Блохин. – Власти трогать нас не станут…
Да и разве не надоело вам всё время богатеям кланяться:
«Того позычтэ», «того дайтэ».
– Що набрыдло, то набрыдло! – вздохнула тёща. – Одно плохо: поставить-то куда? Сарайчик – с гулькин нос, да и у того крыша худая.
– Найдём место, – пообещал Блохин.
В соседнем лесничестве он достал брёвна, на лесопилке доски и с помощью Шуры и тёщи соорудил конюшню с сеновалом и небольшим хлевом.
– Золотые у тебя руки, Филя, – восхищалась Шура. – Всё-то ты умеешь сделать.
– Не золотые, а рабочие, – возражал Блохин, не любивший слушать похвал по своему адресу. – Погляди на мои лапы – все в ссадинах и мозолях. Не кожа на них – подошва!..
– Всё равно золотые руки, – прижала к груди руки мужа Шура.
В воскресенье Блохин отправился в Гадяч на ярмарку, и вот – исполнилось самое заветное желание Шуры – в хозяйстве появилась корова.
Сейчас, когда семья обрела известный достаток, Шура больше всего боялась возвращения в Петербург. Особенно её пугали рабочие казармы петербургских заводов, и она решила всеми средствами удержать мужа около себя в деревне.
Сам же Блохин, сколачивая хозяйство, всё больше убеждался, что не сможет долго оставаться здесь.