Семья Звонаревых. Том 1

Если бы знал Сергей Владимирович, куда и зачем едет она, его жена! Мало того, что угодила в ссылку, рассталась с институтом, так теперь ещё связалась с теми, кто сотрясает устои царского самодержавия.

Не без страха подумала Варя о том, что ожидает её, если жандармы пронюхают, куда она ездила, кому помогала и с кем повела знакомства. Да, страшно было думать об этом, и всё же Варя ни за что не отступила бы назад.

Она была уже не прежней беззаботной Варей, которой всё на свете нипочём. И её жизнь поучила: подняла да ударила.

Боль, обида на несправедливость не проходила. Она чувствовала, что эта обида переходит в более сильное чувство – ненависть. Да, ненависть к этим заевшимся, ожиревшим людям, хозяевам жизни: чиновникам, вельможам, богачам. Ей было отрадно сознавать, что жизнь её столкнула с другими людьми, которые были и чище и сильнее. В них было много общего с Краснушкиным – воля, решительность, ясность цели. К ним тянуло Варю. Хотелось стараться. Много сделать, чтобы заслужить их одобрение.

Как кошмар, вспомнилась чудовищная сцена: Юдифь на помойке, собирающая объедки! Кто поверг её в эту на-человеческую, страшную нищету? Кто дал право Горемыкину издеваться над Юдифью и обзывать её грязной жидовкой? Тяжелы, очень тяжелы были для Вари последствия пощечины, которой она наградила Горемыкина, но Варя, тем не менее, и теперь снова и снова испытывала горделивое чувство удовлетворённости от мысли, что она отплатила за Юдифь и опозорила Горемыкина на всю столицу.

…В лесной избе Варю встретили как старую знакомую.

Дед и Марфутка помогли ей раздеться и с дороги сразу предложили чайку.

– Прежде всего посмотрю, как поживает наш больной, а потом уж можно будет приняться и за чаёк, – ответила она старику.

У изголовья кровати возле раненого сидела русоволосая девушка лет восемнадцати с красивым продолговатым лицом, с чётко очерченными яркими губами. На её щеках проступал легкий румянец. Вся она светилась нежностью, трогательной девичьей чистотой. И только глаза, большие, печальные, смотрели с тревогой и заботой.

Увидев Варю, девушка поднялась, слегка кивнула ей в знак приветствия и отошла в сторону. Варя опустилась на стул, взяла руку раненого.

– Ну, как вы чувствуете себя? – спросила она, проверяя его пульс.

– Лучше… Намного лучше! – ответил раненый.

Только теперь Варя заметила, насколько он молод, каким энергичным и сильным было его лицо.

Пульс не вызывал никаких сомнений. Температура была почти нормальной. Варя осмотрела рану.