Сердце Дракона. Том 19. Часть 2

"

"— Не прошло и десяти лет, с момента, как мне пришлось начать брить яйца, как в наш дом заявилось нечто злое, вечно пьяное, разбитое, израненное и от того — ничуть не более приятное существо. С трудом, и не в первый год, я узнал в нем своего отца. Таким, каким он был на самом деле, а не в те редкие удачные побывки между очередным “предприятием”, в которое он навещал меня, маму и остальных.

— Остальных? — переспросил Хаджар.

Абрахам кивнул.

— Кроме меня — трое братьев. Четыре сестры, — ответил он.

— Считая матушку, не очень умную, совсем не красивую, но по-настоящему добрую, нас было девять человек.

— Но ты ведь говорил Албадурту, что…

— И я не отказываюсь от своих слов, — в очередной раз хмыкнул Абрахам. — Понятия не имею, с кем из этих спиногрызов я делил не только мать, но еще и отца. Мужчин я помню столько, Хаджар, что не удивлюсь, если окажется, что может и отец-то то у меня другой… но это не важно.

Хаджар посмотрел на Абрахама. Он выглядел так же, как и всегда.

Слегка поддатый, помятый, немного небритый и запущенный, но взгляд — все такой же острый и ясный. Генералу всегда казалось, что Шенси использовал свою внешность как маску, чтобы скрыть под ней что-то важное для себя.

— Мой папаня, отчего-то, решил, что он имеет права устанавливать свои порядки в доме, — Абрахам снова поправил шляпу. — Может так оно и было бы, не потеряй он в одной из вылазок весь свой путь развития. Калека, слабее обычного смертного… злобу он, свою, как полагается, изливал на нас.

В основном — на мать, но на детей тоже приходилось. Я не могу сказать, Хаджар, что у меня с матушкой были какие-то особые или теплые отношения. У неё попросту не хватало времени на нас всех. Но я её любил. Как и все дети. Какие бы родители у них не были — но хоть капля любви в сердце все равно найдется.

Абрахам убрал трубку за полу плаща и достал оттуда флягу. Ловким движением пальцев открутил крышку и приложился к горлышку. Два мощных глотка и запах браги.

— Я боялся отца, Хаджар. Не буду скрывать или паясничать. Даже будучи калекой, он все равно оставался опаснее любого, кто обитал в округе. Так что поток мужчин прекратился. Мама стала все чаще поздно ложиться и рано вставать — потому что отец работать не мог, только пить и поколачивать нас время от времени. Вскоре стали заканчиваться деньги. Зарабатывать он тоже не мог. Так что…

— Твоя матушка.

Абрахам кивнул.

— Взялась за старое.