Сердце Холода

 – У меня пока только один заключённый, ночной, так его пришлось посадить в зыбучий песок. Как засосёт по шею, вытягиваем повыше, и всё сначала.

– Фу, – поморщилась Кинкажу. – Хотя, конечно, он это заслужил.

– Есть ещё парочка ночных, – продолжала королева, но Тёрн согласилась подержать их в тюрьме у песчаных, пока я не приму решения. – Она мельком улыбнулась ленивцу, который высунулся из-за плеча и стал карабкаться вверх по шее. – Ничего, что-нибудь придумаем… Королева Глетчер едва ли обрадуется, если я посажу её подданную в зыбучий песок, так что, боюсь, придётся твоей сестре ещё поспать.

– Ваше величество! – просунул голову сквозь входную завесу дракон цвета сливы с персиком. – Потрошитель просит вас на пару слов.

– Мне надо отлучиться, – бросила Ореола и вышла наружу, оставив пленницу на попечении Джамбу и Жаба, который продолжал заниматься её царапинами.

Холод вновь склонился над сестрой. Между бровями спящей появилась тревожная морщинка. Беседует с Пурпур? Он смотрел не отрываясь, но так и не заметил ничего, что помогло бы разгадать её сны.

Потом бросил взгляд на Луну и Кинкажу, которые сидели у стены, сплетясь хвостами. Вихрь мерил шагам хижину, засовывая нос за ширмы, где лежали больные, и обнюхивая кучи лечебных листьев, вокруг которых вились стаи желтокрылых мотыльков.

– Вот что мне теперь делать? – раздражённо прошипел ледяной дракончик. – Лететь сюда была ваша блестящая идея! В результате брата я так и не нашёл, а сестра теперь в лапах радужных, и надолго.

– Зато мы нашли её, – заметила Кинкажу, – а связи с Пурпур нет больше ни у кого!

– Что толку, если Хладна спит? – раздражённо пожал он крыльями.

Вихрь вдруг присел возле Луны и тронул её за крыло. Холод невольно скрипнул зубами и сжал когти. Песчаный спросил, понижая голос, хотя радужные вроде бы не обращали внимания на гостей:

– Помнится, ты говорила, что подслушивать сны тоже умеешь, да?

Ледяной дракончик дёрнулся, как от удара молнии.

– Это правда? – вскинулся он. – Ты можешь слышать её разговор с небесной?

– Я постараюсь, – устало вздохнула ночная, теснее прижимаясь к радужной.

 – Вернее, уже стараюсь, но у неё в голове одна темнота – слишком крепко спит, никаких снов.

Три луны! Холод поёжился. А ведь тогда Луна может узнать и о последних его словах, сказанных сестре. Донесёт Ореоле, и та арестует и его тоже! Отсюда надо срочно улетать… вот только узнать бы, где Пурпур прячет Града.

– Значит, подождём, – кивнула Кинкажу. – Рано или поздно Пурпур явится.