Она делает глоток и смотрит в мою сторону.
— С каких это пор ты любишь водку?
— С тех пор, как я пытаюсь задобрить свою жену.
Она останавливается, прежде чем закатить глаза, но улыбается и скрывает это, делая еще один глоток.
Я повторяю за ней, терпя безвкусную водку. Теперь я уверен, что мои русские предки перевернулись бы в своих могилах и прокляли бы меня до самой глубокой ямы в аду за это заявление. Виктор даже обвинил меня в том, что я фальшивый русский за клевету на святую мессию его существования.
Максим также сказал, что я должен извиниться перед его русской кровью.
К счастью для них, моя прекрасная жена любит этот напиток, и поэтому я воздержусь от ненужных дерьмовых разговоров.
Саша серьезно относится к своей водке. Она сидит на диване, ее поза несколько расслаблена, и она наслаждается каждым глотком. Мое внимание полностью поглощено мягкими чертами ее лица и влажными светлыми прядями, спадающими на шею.
Но шедевром является большой засос, который я оставил на ее горле. Красные следы от ремня окружают его, синяки на коже свидетельствуют о том, кому она принадлежит.
Предупреждение о спойлере: мне."
"После нескольких минут молчания она поднимает голову, и ее глаза слегка расширяются, когда она видит, что я прислонился к шкафу и смотрю на нее.
Она прочищает горло.
— Ты действительно попросил Виктора разыскать Макара?
— У кого-то появились привычки подслушивать.
— Я не хотела… Я просто случайно проходила мимо.
Как много из этого разговора она слышала? К счастью, она не могла услышать злобные комментарии Виктора, так как они определенно не играют в мою пользу.
— Если ты попросил Виктора найти его, значит, ты не знаешь, где он.
— Или что он сделал.
— Или это, — повторила она низким, мягким голосом.
— Теперь ты мне веришь?
Она делает длинный глоток и испускает вздох.
— Я уже даже не знаю, во что верить.
— Ты думаешь, что люди, которые напали на нас сегодня ночью, были посланы твоей семьей?
Она качает головой.
— По крайней мере, я надеюсь, что нет, учитывая, что они пытались убить меня и все такое.
— Насколько велик шанс, что они придут за тобой, чтобы спасти Антона?
— Семьдесят процентов? — говорит она с болезненной улыбкой, и я хочу убить всех и каждого из них, кто вызвал эту боль.
Это хлопотно.
Если ее собственная семья не защищает ее, она находится под серьезной угрозой. Я не против, если они придут за мной, но если они попытаются причинить ей вред, мне придется вырвать их сердца. И она может возненавидеть меня за это.
