Ему нужно доминировать надо мной, использовать меня, и от его безумного взгляда в его глазах мои бедра покрываются липким слоем возбуждения.
— Вот так, solnyshko. Сделай мой член твердым и мокрым, чтобы я мог засунуть его в твою киску.
Должно показаться странным, что он использует мое прозвище, одновременно обращаясь со мной как со шлюхой, но это далеко не так.
Я задыхаюсь и захлебываюсь от его члена, а он толкается бедрами вперед, заставляя меня принять его настолько глубоко, насколько я могу. Мои собственные бедра дергаются, нуждаясь в прикосновении, всего лишь крошечной стимуляции, и я кончу.
Когда он выходит, слюна и слезы прилипают к моему лицу, но он едва позволяет мне глотнуть воздуха, прежде чем снова войти в меня. Одна его рука сжимает мои волосы, а другая почти закрывает все мое лицо, размазывая по нему слезы и мою слюну.
Я протягиваю руку между ног, но он отпускает мое лицо и шлепает по ноющим соскам, а затем отдергивает мою руку.
— То, что тебя используют, делает тебя горячей и возбужденной, жена? — он выскальзывает из моего рта.
— Скажи мне трахнуть себя.
Я хриплю и задыхаюсь. Мои легкие горят от нехватки воздуха, а зрение затуманено.
— Трахни себя, — шепчу я.
Он одаривает меня ухмылкой."
"— Достаточно хорошо.
Он устраивается между моих ног, раздвигает их, а затем обхватывает обеими руками мою шею.
Не знаю, что это: нехватка дыхания, тот факт, что я вся липкая внизу, или состояние, в которое он ввел меня, трахая мой рот, или, может быть, это комбинация всего.
Но в тот момент, когда он входит в меня, я кончаю.
Это резкий, но сильный оргазм, который сотрясает все мое тело. Я хочу закричать, но это невозможно из-за его дикой хватки на моем горле. На мгновение мне кажется, что я умираю, пока он вытрахивает из меня всю душу.
— Твоя киска точно знает, кому она принадлежит, solnyshko. Ей не нужны никакие другие варианты, кроме моего члена, не так ли?
Моя спина отрывается от земли, и я цепляю руками траву, чтобы не рухнуть.
— Ты моя, — он сжимает сильнее и трахает меня глубже, снова и снова попадая в ту чувствительную точку. — Только, блять, моя.
Я думаю, что собираюсь кончить снова, но он внезапно отстраняется и отпускает мою шею. С моих губ срывается стон разочарования, а он садистски усмехается.
Он без предупреждения переворачивает меня на живот, поднимает меня на четвереньки, а затем толкает вниз так, что моя задница оказывается в воздухе.
