— Пойми это, жена, — он говорит так близко к моему лицу, что его рот почти касается моей щеки. — Для тебя нет других вариантов, кроме меня. Если ты будешь продолжать настаивать на том, что они существуют, я заставлю тебя наблюдать за тем, как я убиваю всех и каждого.
Со мной определенно что-то не так. Иначе почему, черт возьми, его дикие прикосновения и безумные слова повышают температуру в моем теле?
Может быть, я такая же испорченная, как и он.
Может быть, я влюбилась в него в первую очередь потому, что он говорит с той частью меня, о существовании которой я даже не подозревала.
Он толкает меня назад, но я падаю на траву, так что удар получился не очень сильным. В последнее время он так часто меня толкает и швыряет, что я всегда ожидаю какого-нибудь падения.
— Похоже, тебе нужно напоминание о том, кому ты, блять, принадлежишь, — он нависает надо мной, как разгневанный бог, его грудь сильно вздымается и опадает. Его тонкая серая рубашка облегает мышцы, оставляя мало места для воображения.
Он стягивает с меня шорты, и я с шипением вдыхаю, когда ткань создает трение о мой набухший клитор.
Он отбрасывает шорты в сторону.
— Ты даже ничего не надела под них.
— Ты же сказал мне не делать этого.
Он шлепает меня по киске, и я дергаюсь. Святое дерьмо. Это должно быть так приятно?
— Тссс. Больше ни единого гребаного слова, Саша.
— Пошел ты.
Он снова шлепает меня по киске, а затем трет мой клитор. Моя голова откидывается назад, а сердцевина пульсирует.
Я думаю, что сейчас кончу, но он вдруг убирает пальцы.
— Какую часть фразы «заткнись, блять», ты не понимаешь, мм? — он нависает надо мной так, что его колени оказываются по обе стороны от моей головы, и дергает меня за волосы. Боль взрывается в моем скальпе, но у меня нет времени сосредоточиться на этом, так как он освобождает свой член и прижимает мое лицо к своему паху. — Похоже, мне нужно трахнуть этот рот, чтобы заставить замолчать тебя.
Я размыкаю губы, чтобы сказать что-нибудь, но он использует эту возможность, чтобы ворваться внутрь.
Его член упирается в заднюю стенку моего горла и остается там.
Я смотрю на него, слезы выступают на моих веках, и срабатывает рвотный рефлекс.
Я не могу дышать.
Я не могу дышать, черт возьми.
— Это те глаза, в которые я хочу смотреть. Они мои.
Он отстраняется, чтобы снова войти в меня. Его пальцы впиваются в мой череп, он использует свою хватку, чтобы управлять моей головой и трахать мой рот. Я даже не пытаюсь сосать ему. Это не то, что ему сейчас нужно.
