Но люди узнают, что ты трахнул меня.
— Мне плевать. На самом деле, это хорошо, что они знают о том, что ты моя и под запретом.
— Пещерный человек.
— Твой пещерный человек.
— Ммм. Мне это нравится, — ее голос затихает, звуча сонно. — Дай мне десять минут.
Я глажу ее волосы, а она откидывается на мою грудь, когда мой телефон вибрирует.
Имя на экране заставляет меня остановиться.
Босс. Это Макар. Мне жаль, что я исчезаю, но я должен сказать вам, что вы в опасности. Мы можем встретиться?
Глава 22
Саша
— Что мы здесь делаем? — мой взгляд скользит по узорам ковра в приемной клиники.
Кирилл привел меня сюда сегодня утром первым делом после того, как выгнал Юлию. Он рассказал мне о том, что она представляет опасность для беременности Кристины и что даже Константин согласился на это.
Это было так драматично. Она отказалась уходить, и когда Кирилл приказал Виктору увести ее силой, она пришла в ярость. Поскольку она никак не могла причинить вред Кириллу, то обратила свою злобную энергию на Карину и попыталась дать ей пощечину.
Прежде чем кто-либо смог остановить ее, я встала перед дрожащей Кариной и оттолкнула женщину.
Сейчас она собирает свои вещи после того, как Константин отговорил ее от каких бы то ни было ядовитых планов, которые у нее были.
Мне все еще не по себе из-за обмена мнениями, который произошел сегодня утром. Я почти вижу, как ее ядовитые глаза смотрят на меня сверху вниз, как будто она хочет моей смерти.
Сегодня я планировала провести время за чтением книг о беременности с Кристиной — правда, только в электронном варианте, поскольку не могу быть настолько открытой.
Самый насущный вопрос — как долго я смогу обманывать Кирилла? Несмотря на то, что мы все время трахались, я стараюсь не раздеваться полностью. Моя грудь стала больше, а на животе появилась выпуклость, поэтому я боюсь, что он заметит эти не очень значительные изменения. На самом деле все не так заметно, как у Кристины, и может быть списано на прибавку в весе, но, вероятно, позже станет еще больше.
И хотя я пытаюсь отвлечь его, чтобы он не сосредотачивался на моем теле слишком долго, это не может длиться вечно.
Кирилл не идиот. Он уже чувствует, что что-то не так. И если я ему не скажу, то он, в конце концов, сам все узнает.
Часть меня хочет рассказать ему. Я даже удержалась от того, чтобы не выболтать все это прошлой ночью.
Но другая часть понимает, что, если я сделаю этот шаг, пути назад не будет.
