Вскоре появилась Марфа, готовая помочь барышне облачиться, дабы ехать в церковь к утренней службе.
Достав коричневое платье из тонкой шерсти, Марфа взглянула на хозяйку.
Тата одобрительно кивнула.
За последнее время Марфа хорошо изучила новые привычки барышни.
Одев бурнус поверх платья, Тата не забыла о скромном капоре.
Зайдя перед выходом к бабушке, она немного посидела с ней, а затем спустилась вниз.
Тата поскорее мечтала попасть в церковь. Ведь теперь это было единственное место, где она чувствовала себя спокойной.
Служба прошла незаметно. Перед тем, как выйти из храма, Татьяна решила поставить свечи за здоровье своих близких.
Подойдя к разным подсвечникам, она поставила несколько свечей за каждого ей близкого человека, за тех, кто до сих пор рядом, и за тех, кого давно нет.
Вдруг одна свеча чуть было не потухла, но потом вновь загорелась. Татьяна не была сильно суеверной, но всё же перекрестилась."
"Выходя из храма, она услышала тихие перешептывания у себя за спиной.
«Блудница», «Иезавель». Такие слова сильно ранили Татьяну, но девушка и виду не подала.
Она знала, что её душа перед Господом чиста, а люди так и будут перемывать ей кости.
На лестнице она столкнулась с Ангелиной.
Mademoiselle Игнатьева волком посмотрела на неё и произнесла ядовитым тоном:
— Татьяна, ты даже слова не скажешь своей подруге? -
скорей как утверждение чем вопрос произнесла mademoiselle Игнатьева.
— Я не могу общаться с подругой, которая испортила мне всю жизнь, — тихо произнесла Таня, стараясь не привлекать к себе внимание.
— Отчего то вы не похожи на жертву, — скептически заметила Ангелина, метнув молнии серыми как грозовая туча глазами.
Тата почувствовала, что ей становится дурно, но, стараясь взять себя в руки, смело ответила бывшей подруге:
— Не вам судить меня, Ангелина Васильевна, — произнесла она, едва удержавшись на ногах, — я лишь благодарю судьбу за то, что она послала мне такого человека, как мой жених.
Полина подошла к Татьяне, беря её под руку. Таня была бледна, и Полин решила увести её от Ангелины, чтобы та не наговорила ей больше гадостей.
— Ma cherе, пойдём, — сказала mademoiselle Борисова, не глядя на Ангелину.
Полина предложила подруге поехать к ней, ведь наверняка их кухарка приготовила что-нибудь вкусненькое.
Татьяна согласилась. Она была согласна на что угодно, лишь бы не оставаться одной.
В экипаже царила полная тишина. Татьяна закрыла глаза, вспоминая прошлое. Ангелина была её лучшей подругой, с детства девочки были неразлучны.
