Сердце офицера

И детей… Много, — призналась она ему куда-то в шею. Теплое дыхание коснулось шеи Петра. — Меня пугает твой напор. Хочешь прикол?

— Давай.

— Мы недавно с кузиной вспоминали разговор. Про то, что мужчины измельчали и так далее и тому подобное. Что всё реже встречаются те, кто… хм… присваивает. Ты открыто мне об этом говоришь и знаешь что?

Она подняла лицо кверху.

— Что?

— Я трушу.

Петр дотронулся подушечкой большого пальца до её щеки. Погладил. Осторожно. Наблюдая, как на её щеке остается едва заметный след от его прикосновения.

— Не трусь. Не смей даже. Хорошо?

Оля едва заметно кивнула.

глава 22

Оля вспоминала прошедший год. Прокручивала в голове месяцы, прошедшие с рождения Сашеньки. Та ползала по комнате и радовалась новым игрушкам, которыми Петр её фактически завалил.

Итак, пора посмотреть правде в глаза и, наконец, перестать мучиться от глупых сомнений и тревог. С Виталиком у них не ладилось давно. Разлад произошел не вчера и не позавчера. Надо принять эту мысль. С Петром они повстречались в тот день, когда она окончательно порвала с Виталей.

В чем причина колебаний Оли? В том, что люди не поймут?

Она говорила с мамой. Намекнула, что в жизни появился другой мужчина.

— Так быстро? — удивилась мама и поспешно добавила в сердцах: — Вот и правильно! Нечего!"

"Далее Оля осторожно заметила, что есть возможность помочь маме с лечением. И снова абсолютно спокойная реакция.

Может, Оля чего-то не понимала?

Не успела она поговорить с мамой, как позвонила Вика:

— Сестренка, давай, колись, что у тебя там происходит без меня? Наш бравый вояка не отступил?

— Я у него в загородном доме живу, — сразу же перешла к делу девушка.

— Чего-о-о?

— Того, — не удержалась Оля от усмешки.

— Эй-эй, ты чего, серьезно? Я-то думала… Нет, слушай, давай-ка мне все подробности.

— Подробностей пока не будет. Так получилось.

— Нифига себе так получилось! Ты ли мне это говоришь?

— Я.

Оля поймала себя на мысли, что улыбается.

Открыто и счастливо.

— Вик, правда, давай потом… Сейчас… сложно.

— А чего понимать-то, сестренка? Мужик залип, хорош собой, ухаживает… наверное. Ухаживает наш генерал или сразу «пришел, увидел, победил»? Впрочем, и первый, и второй вариант нас устраивает. Поэтому надо брать.

— Ну тебя.

Оля любила Вику. Немного взбалмошная, резковатая, но добрая и справедливая. Зачастую страдала, оттого что, не сдержавшись, говорила людям правду в глаза тогда, когда надо промолчать.