Сердце офицера

Но тот красавчик-мужчина с огромной звездой на шевроне или погонах — как там они называются, я не в курсе — пришел сюда именно в тот момент, когда тебя выписывают, и ты готова свинтить в туман?

— Заткнись, Вик, а? — добродушно попросила Оля, чувствуя, как у неё слабнут ноги.

Потому что Громов повернулся в их сторону.

Ольге сразу же захотелось громко выругаться матом. В стиле Вики или даже ярче выбрать оттенок эмоции, захлестнувших её с головой. У Оли возникло странное ощущение, что на несколько секунд под влиянием ауры мужчины мир вокруг них сузился, закристаллизовался, как в кино.

Лопнули иллюзорные стекла… осколки полетели в разные стороны… У Оли сбилось дыхание, потому что Петр снова смотрел только на неё.

И это поражало.

Он медленно повернулся всем корпусом в её сторону, безошибочно определив, где она стоит, и посмотрел.

Между ними было расстояние…

Довольно приличное. Но и оно, точно смазалось. У Ольги по спине побежали мурашки. Возможно, дело в ней самой, и она умудрилась себя знатно накрутить. Или всё же в ауре мужчины?.

.

Громов, бесспорно, подавлял окружающих и заявлял право на лидерство. Разворот плеч, неспешный говор. То, как он смотрел на окружающих… В его взгляде не было нарочитого превосходства или стремления унизить других, возвысить себя за счет окружающих. Было иное. Громов точно знал, чего он стоит, какими возможностями и качествами обладает.

В нем чувствовалась уверенность в себе. Хотя не так — она фонила, заражая других.

Не зря даже Вика замолчала, пыхтя.

Петр выдвинулся в их сторону.

Если бы кто-то попался ему на пути, то немедленно ушел бы. Ольга в этом не сомневалась.

— Черт… Черт-черт, — выдохнула она, пытаясь сконцентрироваться. Громов — обычный мужчина! У него две руки, две ноги! У него даже одна голова.

И головка…

Последнюю ремарку «пропел» внутренний голос, активировавшийся как всегда не вовремя. Смачно так пропел, ярко.

Отчего кровь прильнула к щекам Оли.

Вика привезла ей свежую одежду и косметику. Очень хотелось привести себя в порядок, увлажнить лицо, нанести тон.

И снова Оля столкнулась с проблемой «левой» руки. Открыть, отвинтить, поправить. Это вообще… как?"

"Сложнее всего было с Сашей. Пока Оле помогали медсестры, даже ночью приходили. Что будет дома — думать об этом девушка пока опасалась, гнала от себя размышления. Будет решать проблемы по мере их поступления.

Сейчас одна девяностокилограммовая проблема двигалась на неё. Или не девяносто? Под сотенку, вероятнее.

— Ты плоховато накрасилась, красотка.