Так мерзко все это было, что хотелось вскочить, вылететь на улицу и никогда больше сюда не возвращаться.
Но я не могла.
Нужно было родить. Окончить академию.
Ближе к восьми, когда за окнами уже стало сереть, вынудила себя встать."
"Почистила картофель, поставила вариться. Пока готовилось пюре, сделала томатный соус, залила им мамины котлеты и отправила их томиться на слабом огне.
Порезала овощи на салат, заправила.
Выложила на менажницу соленья и сельдь.
Все движения механические. Просто потому что так надо.
Убралась, протерла стол, поставила тарелку и приборы.
Села. Встала.
Прошла в ванную. Умылась холодной водой.
Вернулась обратно в кухню.
Выключила плиту. Слила воду с картошки, бросила кусок домашнего сливочного масла, потолкла. Размешала, добавила немного молока. Пюре получилось мягким и воздушным, но я не ощутила даже запаха.
Глянула на часы, но, прежде чем определила точное время, во входной двери заскрежетал замок.
Господи…
Сердце тяжело ударило в ребра.
Глава 6. И звезды давят нам на грудь – не продохнуть
Официальная программа вступления в спецотряд быстрого реагирования предусматривает полгода подготовки.
Физуха, огневая, штурм, тактика, работа в группе – все по жести, но без дурки.
У меня был всего месяц. Месяц адского интенсива.
Происки деятельного и влиятельного бати. Так бесился из-за залета, что решил меня, на хрен, ухандохать. Заявил еще, мол, слишком мягко меня, сука, воспитывал. Спохватился, блядь. Теперь экстренно довоспитывает.
Сатана.
Если бы где-то шла война, я бы уже был там.
На передке.
Шапито, скажете, но в замес, где вроде как участвовали только я и Библиотека, отец втянул всех, кого только мог. Даже на мать часть вины кинул.
– Твоя ответственность в этом деле тоже есть, Светлана, – брякнул в вечер охренительных новостей. – Твоими стараниями этот охламон в казарме не жил. Сын полка, вашу мать! Терся дома на харчах да на перинах, пока настоящие курсанты круглосуточному порядку учились! Вот и результат!
– Вов! Да если бы мы его в казарму пустили, он бы еще на первом курсе женился! – засмеялась мать добродушно.
Михаил с Алексеем тоже хохотнули.
Одному мне, походу, с настроением не подвезло.
– Ты на что это, Светлана, намекаешь? – ошкерился батя, совсем уж багровея. – Что у нас в казармах дисциплины нет?!
– Есть, конечно. Но ты же сам понимаешь, что есть бойцы, которые дорогу проложат даже в женский корпус.
– Слышать об этом не хочу! – рявкнул, закрывая дебильную тему.
