– Тетя Маша…
Но тетя Маша меня уже давно не слушала и направилась в сторону магазина с одним-единственным словом «предатели». Я смотрела ей вслед и вытирала накатившиеся на глаза слезы. Я вдруг ощутила себя Майклом, который приехал в Россию и решил с радостью встретить старых знакомых, которых не видел долгое время. Я знала, что не все в моем доме отнесутся ко мне подобным образом, что есть люди, которые пусть не обрадуются, но хотя бы сделают вид, что действительно рады тому, что я смогла чего-то добиться и зажить той жизнью, о которой мечтала.
Я знала, что меня никогда не поймут люди старшего поколения, но в глубине души я испытывала настоящую боль. Сев в машину, я посмотрела на Сэма, достала платок и вытерла слезы.
– Что с тобой? Может, нужно наказать эту женщину? – тут же поинтересовался Сэм.
– Действительно, – поддержал его Рик. – Она наговорила тебе столько грубостей.
– Да нет, что вы… Она ни в чем не виновата. Это моя соседка. Вернее, бывшая соседка.
– Это зависть?
– Это злость за то, что в стране слишком тяжелая жизнь и слишком маленькая пенсия.
– Странно. – Рик почесал затылок.
– Что странно?
– Странно, что в вашей стране бедные не умеют радоваться за богатых. Нет. Я не правильно выразился. Вот в Америке бедные уважают богатых. Они знают: чтобы стать богатым, нужно очень мало спать, очень много думать и очень много работать.
– И еще очень мало жить, – добавил Сэм. – У богатых жизнь короткая. Бессонница, стрессы, нервы – все это укорачивает их жизнь и приводит к инсультам и инфарктам.
– В России бедные не уважают богатых, – покачала я головой. – Они их ненавидят.
Я почувствовала неприятные ощущения в горле, а это значит, что опять дала о себе знать проклятая аллергия. Достав из сумочки кларитин, я сунула таблетку в рот и запила ее водой, хранящейся в баре.
– Вам совсем плохо? – обеспокоенно спросил Рик.
– Да нет. Просто в последнее время аллергия дает о себе знать все чаще и чаще.
Только этим кларитином и спасаюсь.
– Хорошее лекарство?
– Одно из наиболее часто назначаемых в мире.
– Простите, как, вы говорите, оно называется?
– Кларитин.
– Понятно. Вам сейчас станет легче, или, может, съездим к врачу?
– Не стоит. Буквально через тридцать минут я буду чувствовать себя просто прекрасно.
Достав носовой платок, я промокнула слезы и приложила его к носу.
– Сейчас все пройдет.
Я не ошиблась.
