Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Мы с тобой не пара и никогда ею не будем.

— Не ожидал от тебя другого ответа.

— Тогда зачем спросил?

— Хочу понять, не обманываешь ли ты себя.

Я фыркнула. Мы ночевали на постоялом дворе, в комнате средней паршивости, зато теплой. Тепло мне было необходимо, потому что ныла рука из-за порезов. На обратном пути потребности торопиться не было, поэтому мы часто делали остановки и выполняли с королем один и тот же ритуал: резали руку, соединяли кровь и давали той пролиться в ритуальные круги, которые для нас подготавливали смотрители.

Наша кровь обрела силу, оттого ритуалы уже не были только формальностью, а приносили практическую пользу. Эгуи и тэгуи чувствовали Потоки сильнее, чем прежде, ощущали себя здоровее. Даймоны и те поменяли поведение, уже не ощущалось их скрытого протеста. Чувствуя силу, они жались к нам, безропотно подчинялись и угадывали желания. Словом, все говорило, что король и королева Аксара вошли в силу и королевство, наконец, обрело хоть какую-то стабильность.

Но это не значит, что я останусь здесь…

— Соня, — позвал меня Дедрик.

Что-то в его голосе убедило меня, что он затеял неприятный разговор. А неприятных разговоров лучше избегать!

— Я устала и хочу спать, — заявила я и зарылась в одеяло.

Мужчина приподнял одеяло и спрятался ото всего мира вместе со мной. Самое время прогнать его, устроить бучу, чтобы не вздумал подобраться ко мне поближе, начать приставать.

— Боишься? — прошептал он.

— Боишься. Но не меня, а того, что можешь поддаться.

Он меня соблазнить решил?!

Я откинула одеяло и села на кровати.

Услужливые даймоны сразу дали мягкий свет. В таком свете шевелюра короля, который вслед за мной выбрался из-под одеяла, стала казаться золотой, а его глаза, наоборот, потемнели до неразличимого оттенка.

— Тебе поддаться? — спросила я возмущенно. — А почему я должна тебе поддаваться? Потому что династический дух считает нас парой?

— Потому что между нами что-то есть. Меня к тебе тянет, тебя ко мне тянет. Это отнюдь не влюбленность, не страсть, это что-то более глубокое, на уровне ощущений: мое — не мое.

Я знаю, что ты — мое. С каждым днем все больше убеждаюсь в этом.

Дедрик взял меня за руку и потянул к себе. Это не было принуждение, скорее приглашение. Сама не знаю почему, но я приняла это приглашение, опустилась, уложила голову ему на плечо. Дедрик провел рукой по моим распущенным волосам, и мои глаза закрылись. Он гладил меня по волосам, а я ощущала себя кошкой, которую ласкает хозяин.