Сердце лета

– Думаешь, я не вижу, что ты места себе не находишь? Моей жизни ничего не угрожает, Черного перехватили на въезде в Курск, так чего тебе переживать?

Возмущенная Аня плюхнулась на диван рядом со мной (Алик предлагал довести меня до постели, но я сказала, что сама в состоянии добраться, однако на второй этаж подняться так и не смогла).

– Звонила твоя мама. Она приедет вечерним поездом. – Аня выдавила улыбку.

Я закрыла глаза и тяжело вздохнула.

– Знаешь, я даже рада. Вчера… то есть ночью… мне очень хотелось, чтобы она была рядом.

Наверное, переживала?

– Рыдала и кричала, – кивнула Аня.

– Ладно. А ты куда намарафетилась?

– Я… ой, ну… – Аня замялась, и я невольно рассмеялась. Смех, как кинжал, пронзил грудную клетку. – Что ты ржешь?! Ну да, к Мише я иду. То есть не так, я иду к ребятам, они ведь все узнали ночью.

О ночном происшествии узнали не только ребята, но и вся деревня. Видимо, кто‐то из наших троюродных родственников и позвонил маме, потревожив ее сон.

Жаль, что нельзя приобрести плащ-невидимку, чтобы проскальзывать мимо любопытных глаз соседей. Я уже предвкушала их сочувственные взгляды, попытки задать корректные в данной ситуации вопросы. Самые наглые бабки будут спрашивать напрямую, разносить сарафанное радио, и уже к вечеру я превращусь в полумертвую изнасилованную потаскуху. Да, не все жители деревни жаловали молодежь.

– Ты не обидишься, если я уйду? Мы с Миленой вернемся вечером.

Хорошо?

– Ань, не говори глупостей, с чего мне обижаться? У меня синяки и царапина, до туалета допрыгаю, что со мной станется, – хихикнула я.

– Допрыгаешь? Господи, как хорошо, что в моем доме не деревянная дыра для справления нужды, а то нам бы пришлось тебя вызволять оттуда.

– Так, кто бы говорил, дразнит она меня! Это тебя мы вызволяли из такой дыры семь лет назад, запамятовала?

Мы рассмеялись, вспомнив тот «чудесный» день. Милена, я, Андрей, Вова и Аня играли в казаков-разбойников, Анька заявила, что ей срочно нужно в туалет, и побежала к дому.

Гонялись мы неподалеку, в поле. Прошел час, и мы с Миленой решили зайти за Аней, узнать, может, мама оставила ее дома, но уже у калитки услышали вопли. Глухой призыв о помощи доносился из покосившегося деревянного туалета. Тогда мы столкнулись с самой трудной задачей – не умереть от смеха.

Деревня – та еще школа выживания.