Сердце волка

— Позор! — закричал кто-то, как только прошло положенное для трансформации время. А потом крики, словно удары, посыпались со всех сторон:

Я сжала кулаки, чувствуя, как в глазах вскипают злые слёзы.

А Дэйн… он вдруг громко рассмеялся.

От этого смеха я застыла, ощутив, как волоски на затылке встали дыбом. Он звенел от силы и завораживал. И остальные оборотни тоже застыли, будто статуи, а мальчик, развернувшись, побежал так быстро, как только мог.

Я думала… Я надеялась… Но конечно, надежда была напрасной, ведь Дэйн никогда не учился пользоваться магией Разума, и даже такое количество силы, что звенела в его голосе, не могло подчинить оборотней дольше, чем на полминуты.

Первый камень, попавший в Дэйна и сбивший его с ног, бросила Лирин. Я бежала рядом с ней и видела, каким искажённым от ненависти было в тот момент её лицо. Лицо всего лишь маленькой девочки… которая ненавидела родного брата только за то, что он родился горбуном.

Я зарычала, вырвалась вперёд, обогнала остальных и встала перед Дэйном, раскинув руки.

Краем уха я услышала, как Дэйн закричал. Громко и страшно, и вместе с его голосом в воздух поднялось такое количество силы, что вздрогнул весь Арронтар…

А потом в небо взмыли птицы, и они были повсюду! Маленькие и большие, хищные и не очень, они летели со всех сторон, чёрной тенью нависая над Великой Поляной, и они… защищали Дэйна! Камнем падая на нападающих оборотней, птицы клевали их, рвали кожу на лице и руках когтями, били крыльями… Они закрывали своими телами мальчика, чтобы тот мог подняться с земли и уйти, скрыться, спрятаться.

Я побежала вслед за Дэйном, и как только догнала его, то, охнув, едва не упала. И не смогла сдержать слёз, потому что его лицо было сплошным синяком, по подбородку на грудь текла кровь из рассеченной губы, а одну ногу он тащил за собой, словно бревно.

Последний камень, пролетев через живой щит из птиц, ударил Дэйна в середину спины, там, где был горб, и мальчик, зашипев, опять упал в грязь.

Я упала рядом, прижалась к нему, и наконец-то закричала. Так громко, как он несколькими минутами ранее, разрываясь от боли за него и собственного бессилия…

И почувствовала, что просыпаюсь.

В нос ударил запах крови. Резкий и сильный. Причём кровь не была моей.