Серёжик (без иллюстраций)

Но Жадди, не обращая на него внимания, бормотал: «Ёжик в сметане! Ёжик в сметане!» Он твердил это как заклинание и не мог остановиться! Кое-как помыв Серёжика мочалкой, гном вытер его своей бородой (размазав грязь по ней и ёжику) и торопливо наполнил водой кастрюлю.

Затем накидал в печку дров, бумажек и… чиркнул спичкой! Зловеще метнулись языки пламени, накидываясь на добычу. Серёжик с ужасом смотрел, как огонь жадно лизал дрова… Потрескивая, они разгорались всё сильнее и сильнее!

Что делать?! Ёжик схватил Жадди за руку и, заливаясь слезами, стал просить его сжалиться.

— Гномик, миленький, не надо! — плакал ёжик. — Я очень маленький. Во мне совсем-совсем нет мяса, одни иголки!

Жадди не отвечал. Безумно вращая глазами, он продолжал мурлыкать: «Ёжик в сметане! Ёжик в сметане!»

Схватив Серёжика за шкирку, гном бросил его кастрюлю! Бульк! Затем поставил кастрюлю на печку и стал крошить туда чеснок. Барахтаясь в ледяной воде, Серёжик стал хвататься за края посудины. Но секунда, и прямо на лапки (как больно! ой-ой-ой, как больно!) упала крышка! Стало темно.

Неужели конец?! Никогда-никогда он больше не увидит мамочку, никогда не вырастит мандариновое дерево, никогда не пойдёт в первый класс?! Вода стала теплеть, скоро лапкам стало горячо! Серёжик рванулся из последних сил и головой приподнял тяжёлую крышку. Уцепившись за края кастрюли, он обжёгся, но успел заметить, что в кухне никого нет. Ёжик зажмурился и, подтянувшись, вывалился на раскаленную плиту.

От резкой боли он взвизгнул и свалился на пол.

— Жадди пошёл за сметаной! Ныряй в ванну!

Ничего не понимая, Серёжик огляделся. Никого! Он бросился к ванне, стоявшей в углу, и в ужасе отпрянул! Вся она почти до краёв была полна чёрных майских жуков. Они неторопливо ползали друг по другу, переваливаясь и топорща усики. Серёжик отскочил.

Но тоненький голосок крикнул:

— Не медли! Скорей! Скорей!

Ежик и сам услышал приближающиеся шаги! Свернувшись клубком, он упал в копошащуюся массу.

«Какое счастье, что у меня есть иголки! — подумал Серёжик.

Жуки тем временем быстренько вскарабкались к нему на спину. Облепили со всех сторон, шелестя крыльями. Хлопнула дверь.

— Ну, раз-два, взяли! — послышался голос Златти.

— Тяжело! — закряхтел Нытти.

— Не ной! За усачей мы получим сто изумрудов!

Серёжик почувствовал, как ванна под ним заколыхалась.

— А из кастрюли вкусно пахнет… — завистливо протянул Нытти.