Она до сих пор была в офисной одежде. Сергей с наслаждением лишил блузку идеальных застёжек. Юбка разъехалась по молнии и скользнула на пол. Лиза снова пришла в короткое замешательство, но Сергей, ненасытно целуя, упрямо не давал ей ускользнуть от него.
— Обними меня, — попросил он, и она покорно подняла ему руки на плечи.
Подхватив, усадил девушку на стол. Еще немного целовались. Когда он начал стаскивать с нее колготки, она неуверенно произнесла:
— Сергей…
Сергей, выжидая, посмотрел на неё, руки тем временем не останавливаясь продолжали освобождать ее ноги от одежды.
Голос Лизы осекся, понимая, что возврата нет. Сейчас произойдет всё то, что он хочет — он возьмет ее. Она больше не пыталась ничего говорить.
В полной тишине он до конца раздел ее, достал из кармана блестящую упаковку. Разорвал, расстегнул, освободил, раскатал. Не суетясь, размеренно, изредка поглядывал в некогда растерянные, а теперь вдруг ставшие насмешливыми глаза. Неуверенность трансформировалась в вызов.
«Неужели посмеешь?» — говорил ее взгляд.
Даже вот так, сидя перед Сергеем в полуголом виде, она сохраняла каплю наивной надежды, что он все-таки в самый последний момент остановится.
Серёга тоже усмехнулся:
«Слабо? Нет, идеальная моя, мне не слабо. Нисколько не слабо».
Он так долго и часто об этом фантазировал. Так что, когда исполнение желания стало таким близким, он ни за что теперь от него не откажется."
"Сергей раздвинул ей ноги, подтягивая на себя. С маниакальным упоением рассматривал идеальные черты лица, касался их губами, языком.
Пропускал сквозь пальцы идеальные, сложенные один к одному волосы и кайфовал. И, наконец, почти перестав дышать, он медленно все-таки проник внутрь. Всё! Всё это идеальное теперь точно стало полностью его.
Лиза приняла его встречным движением. Назад возврата нет. Тяжело с надрывом дыша, он продолжал двигаться. Он стянул с ее плеч блузку, щелкнул застежкой. Полный доступ и победа. Эмоции, восторг и ликование. Разглядывал, разглядывал и разглядывал… Трогал, гладил, целовал… Лизка была не сильно активна, отдавалась, словно не хотя, но ей определенно нравилось.
Прикусив губу, она изредка тихо постанывала, вскидывая голову и прикрывая глаза. Ему тоже нравилось по-хозяйски играть и обладать ее телом.
— Думаешь, надо было доводить до этого? — немного срывающимся от возбуждения голосом тихо спросила она. — Сереж, нам же работать еще вместе. Или уволишь теперь? — вызов снова застыл в ее взгляде, блеснул едва заметной, непролитой слезой.
