Серый кардинал

— Если, конечно, не считать о-очень высокого начальства, то от правоохранительных органов сплошные неприятности исходили, мудеж, звездеж и ничего боле. Погоди, погоди, — спохватился он. — Курков! Однофамилец, что ли?

— Кто однофамилец? — не понял Клюев, но потом хлопнул себя по лбу. — А ведь верно!

— Что верно? Мужики, о ком вы? — Бирюков был заинтригован.

— Парнишка у нас на занятиях раза три-четыре появлялся. Конопатый такой, — объяснил Клюев. — А он...

— ... служил в какой-то охране вместе с Верютиным, подхватил Ненашев.

— Не торопись, надо выяснить. Может быть, они и в самом деле просто однофамильцы? — успокаивал его Клюев.

— Нет, наверняка родственник. Скорее всего, брательник младший, я это нутром чую, — теперь взор Ненашева горел, как у полоумного персонажа Клауса Кински из «Золотой пули», на которого он был похож и который творил молитву перед тем, как метнуть бомбу. — Что же это получается? Коварные вражины кругом!

— Стоп, — сказал Бирюков.

— Ну-ну, излагай, — поощрил Клюев.

— Для начала сделаем вот что. Костя, ты сейчас позвонишь Анжеле и выяснишь, свободна ли она завтра с утра.

— Уже выяснял, Николаич. До одиннадцати часов свободна.

— Отлично, нам машина понадобится.

— А папашке ее на чем на службу добираться?

— Не барин папашка, у него, в конце концов, служебная «тачка» имеется. Пусть Анжела объяснит, что это для тех ребят, которые «наезд» на папашку предотвратили.

— Нет проблем, — мгновенно сдался Ненашев. — Только ты объясни, что за идея у тебя.

— Я же сказал, что она только на подходе. Спугнуть боюсь.

Молодой человек в дорогом тренировочном костюме и роскошных кроссовках неспешной трусцой поднимался вверх по переулку, обсаженному вдоль тротуара молодыми кленами и рябинами. Перед пересечением переулка с широкой улицей он замедлил бег, потом перешел на шаг, медленно поднял руки и по дуге опустил их, проделывая дыхательное упражнение.

В отличие от сонного, безлюдного переулка, из которого только что выбежал молодой человек, улица уже давно проснулась. Проносились машины, сновали прохожие с хмурыми, озабоченными лицами, во дворах домов лениво передвигались женщины в оранжевых безрукавках — работницы коммунального хозяйства — небрежно шаркая метлами, убирая мусор возле уродливых баков для отходов.