Эти обстрелы больше походили не на дело рук полудиких русских варваров, а на гнев Божий, внезапно обрушившийся на британскую армию.
Когда по госпиталю прополз слушок о каком-то чуде, о том, что у русских появился загадочный союзник, который творил удивительные, непостижимые вещи, то я даже не старалась в это вникнуть. Собственно, в то время я уставала так, что у меня не оставалось сил на размышления. Но вскоре игнорировать подобные разговоры стало невозможно, поскольку дальнейшие события совсем уж выходили за всяческие рамки разумного… Наш лорд Реглан предпринял попытку очистить вершину горы от неприятеля.
Три наших дивизии отправились на штурм и полегли в жестоком бою почти все. Немногие из наших солдат смогли вернуться назад, и их тоже привезли в наш госпиталь… Мои подопечные обращались ко мне с вопросами на эту тему – в тревоге за свою судьбу и надежде, что я знаю об этом больше; но я ничего не могла им сообщить и лишь старалась успокоить их, советуя уповать на Господа.
Могла ли я помыслить тогда, что очень скоро все то, о чем с придыханием и переговаривались пациенты госпиталя, коснется и меня лично? Что я не только увижу лицом к лицу странных союзников русских, но и переживу потрясающее приключение, которое опрокинет с ног на голову все мои убеждения, все то, чем я жила и во что верила…
Все произошло совершенно неожиданно.
Сегодня утром Балаклава вновь подверглась артиллерийскому обстрелу с вершины Сапун-горы, после чего по склонам в нашу сторону двинулись отряды кавалерии, одетой в невзрачную буро-зеленую форму, а также яростно рычащие механические чудовища.
Наших войск в этом городке почти не было, а безжалостные союзники русских без всякой пощады убивали всех, кто оказывал им дажемалейшее сопротивление. Пришли они и в наш госпиталь. Офицер, который представился как капитан артанской армии Коломийцефф, объявил, что все мы – и персонал, и пациенты – теперь военнопленные какой-то там Великой Артании, после чего велел нам немедленно собираться – мол, до заката солнца и британского духу не должно остаться на Крымской земле.
Пока он говорил, я с изумлением поняла, что все его подчиненные являются женщинами. До зубов вооруженными женщинами, носящими военную форму так, будто это было их повседневное платье. О Боже, что за наглые стервы это были! Стройные, подтянутые, гладкие и смазливые, они всем своим видом как бы показывали, что и в грош не ставят нашу Великую Британию.
