Север и Юг

Надменность мисс Хейл потрясла инспектора полиции. Лицо выражало негодование настолько сдержанное и подавленное, что скорее следовало бы говорить о пренебрежении. Ни удивления, ни любопытства мисс Хейл не выразила — просто молча ждала объяснений.

— Прошу простить, мэм, но долг службы обязывает задать вам несколько вопросов. В госпитале умер человек. Смерть вызвана последствиями падения с платформы на станции Аутвуд двадцать шестого числа этого месяца, в четверг, между пятью и шестью часами пополудни.

Падение не имело непосредственных последствий, однако, по заключению врачей, оказалось смертельным из-за уже имевшейся болезни и пристрастия к спиртному.

Зрачки больших темных глаз, неподвижно смотревших в лицо собеседнику, слегка расширились, но других изменений не заметил даже такой опытный наблюдатель, каким со временем стал инспектор полиции. Из-за напряжения мышц губы казались изогнутыми чуть больше обычного, но поскольку он не видел их в спокойном состоянии, признаков вызывающего неповиновения в этом не нашел.

Маргарет не побледнела, не вздрогнула, не опустила голову, а напротив, смотрела прямо и твердо. Стоило инспектору замолчать в ожидании ее реакции, тут же предложила, словно ободряя:

— Ну-ну, и что же? Продолжайте!

— Предполагается провести расследование. Свидетели происшествия утверждают, что потерпевшего столкнул с платформы спутник молодой леди, которой тот нагрубил. Сцену наблюдал один из служащих, а поскольку видимых последствий удар не имел, тут же о ней забыл.

Существуют некоторые основания считать, что та молодая леди — вы, и в этом случае…

— Меня там не было, — перебила Маргарет, по-прежнему без всякого выражения глядя в лицо полицейскому.

Инспектор кивнул, но промолчал. Стоявшая перед ним леди не проявляла ни возмущения, ни нервного страха, ни тревоги, ни стремления как можно скорее закончить разговор. Полученная информация отличалась крайней неопределенностью: один из носильщиков, выбежавший из здания станции, чтобы встретить поезд, увидел на противоположном конце платформы столкновение между Леонардсом и шедшим рядом с леди джентльменом, однако шума не услышал.

А прежде чем поезд, отправляясь, успел набрать скорость, его самого едва не сбил с ног разъяренный пьяный Леонардс, успевавший на бегу отчаянно ругаться. Больше он о происшествии не вспоминал до тех пор, пока инспектор не обратился за показаниями.