Моя дорогая Маргарет! Я планировал вернуться в Милтон в четверг, но случилось так, что нас — профессоров колледжа Плимут, — обязали выполнить некий священный долг, так что придется остаться на службе. Здесь, со мной, находятся капитан Леннокс и мистер Торнтон. Первый произвел впечатление порядочного и доброжелательного джентльмена, и выразил готовность отправиться в Милтон, чтобы помочь тебе в поисках завещания. Разумеется, никакого завещания не существует, иначе, следуя моим указаниям, ты бы давно его нашла. Затем капитан Леннокс заявил, что должен забрать тебя и свою тещу в Лондон.
В нынешнем состоянии его жены не представляю, как он сможет задержаться дольше пятницы. К счастью, несравненная Диксон справится со всеми делами и продержится до моего приезда. Если завещание не всплывет, поручу формальности своему милтонскому поверенному: усы капитана великолепны, но деловые качества особого доверия не внушают. Придется устраивать распродажу, так что выбери и отложи вещи, которые хочешь оставить себе, или потом пришли список.
Еще пара соображений — и заканчиваю. Должно быть, ты знаешь — а если нет, то знал твой бедный отец, — что после моей смерти унаследуешь все мое состояние: деньги и недвижимое имущество. Умирать я пока не собираюсь, но считаю необходимым прояснить ситуацию. Пока Ленноксы относятся к тебе очень доброжелательно: возможно, так будет и впредь, а возможно, и нет, — поэтому лучше начать с формального договора: ты платишь им двести пятьдесят фунтов в год до тех пор, пока совместная жизнь устраивает обе стороны (эта сумма включает и Диксон, так что платить за нее отдельно не нужно).
В том случае, если капитану вдруг вздумается освободить дом от лишних обитателей, ты не окажешься на улице, а сможешь за свои двести пятьдесят фунтов снять другое жилье. Конечно, если прежде тебе не придется руководить собственным хозяйством. Что касается твоих нарядов, одежды Диксон, расходов на личные нужды и сладости (да-да, все молодые леди едят сладости, пока с возрастом не приходит мудрость), то проконсультируюсь с одной своей опытной знакомой и решу, какую сумму выделить.
Итак, Маргарет, ты уже успела возмутиться и спросить себя, по какому праву этот старик так лихо распоряжается твоей судьбой. Не сомневаюсь, что успела. И все же старик имеет право, потому что любил твоего отца долгих тридцать пять лет, стоял рядом у алтаря во время его свадьбы, закрыл ему глаза после смерти. Больше того, старик — крестный отец твоего родного брата.
