Север и Юг

Однако, услышав нежные голоса кузины и тетушки; увидев восторг, с которым встретил ее маленький Шолто; войдя в ярко освещенные уютные комнаты; ощутив искренний интерес бледной и оттого еще более хорошенькой хозяйки дома, Маргарет вырвалась из транса почти суеверной безнадежности и почувствовала, что даже она способна внушать радость. Эдит уступила ей свое место на диване, а малыш бережно и важно принес тетушке чашку чая. Жизнь медленно, но неуклонно поворачивалась светлой стороной, так что, одеваясь к обеду, Маргарет даже сумела поблагодарить Господа за избавление дорогого друга от долгой мучительной болезни.

Когда пришла ночь — торжественная и величественная — и дом погрузился в тишину, Маргарет долго сидела у окна, восхищаясь красотой летнего лондонского неба. Земные огни отбрасывали слабые розовые отсветы на мягкие облака, выплывавшие из неведомого мрака в белое сияние луны. В этой комнате Маргарет простилась с детством и встретила юность — золотое время пробуждения чувств и совести. Однажды, в такую же тихую летнюю ночь, она пообещала себе жить смело и благородно — «без страха и упрека», — как жили героини любимых романов.

Тогда казалось, что стоит лишь принять решение, и судьба сложится сама собой. Сейчас стало ясно, что необходимым условием истинного героизма является не только воля, но и молитва. Доверив собственному суждению, она совершила роковую ошибку. Дальнейшие события стали справедливыми последствиями греха, и теперь все объяснения, оправдания и искушения останутся неизвестными тому человеку, в чьих глазах она так низко пала. Она осталась наедине со своим грехом, зная ему истинную цену.

Великодушные рассуждения мистера Белла о том, что почти все люди повинны в двусмысленных поступках, а мотив оправдывает совершенное зло, никогда не казались по-настоящему убедительными. Мысль о том, что, зная истинные обстоятельства, она смогла бы смело сказать правду, утешала слабо. Теперь, когда смерть в очередной раз объяснила, что в жизни по-настоящему важно, попытка оправдаться в глазах мистера Торнтона хотя бы с помощью покровителя предстала жалкой и беспомощной.

Если бы весь мир говорил, действовал или хранил молчание с целью обмана; если бы в опасности оказались самые дорогие жизни и самые важные интересы; если бы никто и никогда не узнал истину и не смог измерить степень уважения или презрения и она осталась бы одна перед лицом Господа, Маргарет Хейл молилась бы об одном: чтобы хватило сил говорить правду и поступать по совести.

Глава 49.