Северное сияние

Все дело в том, что придумали и сшили эти неуклюжие одеяния на фабриках и в лабораториях, где о настоящем холоде никто и слыхом не слыхивал. Пусть Лирина шуба висела клочьями и немилосердно воняла, зато тепло держала знатно, а эти куртки — нет.

— Если мы не найдем отряд Джона Фаа, они долго не протянут, — шепнула девочка Пантелеймону.

— Только не давай им останавливаться, — еле слышно шепнул он в ответ. — Тереби их, как хочешь, только не давай им ложиться на снег.

Тебе же Фардер Корам рассказывал…

Старый цаган не раз рассказывал девочке о своих походах на север, да и миссис Кольтер успела ей кое-что поведать, с большим, между прочим, знанием дела. Сходились они в одном. На морозе нельзя прекращать двигаться, иначе — смерть.

— А нам еще долго идти? — спросил Лиру какой-то карапуз.

— Она нас сюда специально заманила, чтобы убить, — захныкала маленькая девочка.

— По мне уж лучше здесь замерзнуть, чем на станции быть, — прозвучал чей-то голос.

— А вот и нет. На станции хоть тепло. Молоко дают горячее, еда есть.

— Да, как же! Там же пожар, забыли?

— А здесь что с нами будет? Мы же замерзнем или с голоду помрем.

В Лириной голове роились смутные вопросы, которые, подобно ведуньям, проносились и тут же ускользали так стремительно, что не ухватишь, и вместе с тем откуда-то из сокровенной, недосягаемой глубины поднимались блаженство и трепет, но постичь их она не могла.

Правда, ей стало легче, и с новыми силами наша Лира принялась вытаскивать какую-то измученную малышку из сугроба, тормошить мальчишек, чтоб не медлили.

— Держитесь, — твердила она, — надо идти вперед, по следам медведя. Он же пришел вместе с цаганами, значит, по его следу мы их обязательно найдем. Только не останавливайтесь! Вперед, осталось немного.

Снег повалил крупными хлопьями, заметая следы Йорека Бьернисона.

Огни Больвангара скрылись из виду, зарево бушующего на станции пожара лишь краешком тлело на горизонте, так что теперь единственным источником света оставалось призрачное мерцание снегов. Тяжелые облака затянули небо, не пропуская ни луну, ни северное сияние, и детям приходилось двигаться почти на ощупь, только бы не потерять глубокую колею, которую пробили в снегу могучие лапы панцербьорна.