Шаги за спиной

Для женщины, у которой молодость уходила, а сын подрастал и все чаще пытался взять власть в свои руки, равно важными были оба пункта. Вот и был послан Таламир, вот и снес он Карнавон с лица земли, но поторопился.

Алаис стиснула кулаки, впервые узнав, что произошло, когда она упала в обморок.

Они все стоят в большом зале. Отец, мать, братья, сестренка. А Таламир прохаживается перед ними. Алаис страшно, безумно страшно...

- Теперь вы уже не так высокомерны, ваша светлость? Итак, я повторяю свой вопрос. Мне нужно то, что последний из Королей отдал вашему предку.

Герцог пожимает плечами. По красивому лицу отца струится кровь - ему выбили несколько зубов и разбили губу, но высокомерие осталось при нем.

- Я ничем не могу вам помочь, Таламир.

- Полагаю, вас надо спросить иначе. Это ведь ваша жена, - он подцепляет за подбородок герцогиню. Женщина резко дергает головой - и вырывается из хватки мужчины. Но Таламира это не злит. Дальше некуда?

- Что ж... поиграем...

И кивок солдатам....

Не дождавшись реакции от герцога, Таламир смотрит на Алаис.

- Это обе ваши дочери, герцог? Кажется, жена от вас погуляла на стороне. Ну и уродина...

Таламир кивает на Алиту.

- А эта может стать хорошим трофеем.

Повинуясь его приказу, солдаты крепко держат Алиту за руки и за ноги, Таламир лично задирает ей юбку и что-то делает с сестрой. Та протяжно кричит. Алаис не видно за его спиной, что происходит, но она и не рвется. Она знает, скоро чудовищу надоест развлекаться и настанет ее черед.

Крик сестры прекращается. И...

- Отдать солдатам. Пусть хоть до смерти затрахают - не жалко.

Лица солдат вспыхивают какой-то страшноватой животной похотью. Алита начинает кричать и биться в их руках, но ее просто вытаскивают из зала. Она кричит где-то вдалеке, но недолго.

- А вот эту трогать пока не будем. Она еще невинна?

Теперь холодная рука цепляет за подбородок Алаис. Та содрогается, словно по коже скользнули кольца Ириона.

- Ты ни с кем еще не валялась, девчонка?

Алаис вздергивает голову вверх. Она промолчит.

Она будет молчать, пока хватит сил. Естественно, Таламира это не устраивает. Он опять делает жест солдатам - и Алаис растягивают на полу. 

Грубые руки сжимают запястья и щиколотки, кто-то откидывает подол - и между ног лезет жестокая рука. Алаис старается сдержаться, но когда становится по-настоящему больно, глухо вскрикивает. И слышат удовлетворенный голос Таламира.

- Отлично.