Шанс для злодейки

Сила с готовностью отзывается на зов, сторожевой пёс, что готов сорваться с поводка. Она пронизывает моё тело и потрескивает на кончиках пальцев.

Теперь я уверена, что слышу шаги. Человек ступает мягко, как лесной кот, осторожничает. Будь у нас больше форы, можно было бы метнуться в лес, между деревьями проще уйти от стрелы.

Неровное дыхание, шелест одежды. С одной стороны или с обеих? Не разобрать. Звучит тихий свист, похожий на птичий, но ни одной птицы здесь нет. Я сжимаюсь пружиной, вся, до последней клетки, собирая импульс.

И когда он показывается из-за кареты, бросаюсь наперерез! Меня с чудовищной силой бьёт в живот, но я успеваю схватить голову напавшего и направить разряд прямо в неё. Сила хлещет через меня, содрогается тело в конвульсиях. Скрытое полумаской лицо обмякает, белки глаз мелькают между веками. Я разжимаю руки, и мужчина безвольно падает. От его чёрной куртки поднимается дым, вонь палёного волоса. Свистит клинок за спиной — Эдельгар успевает сразить мечника, зашедшего справа.

Я вижу, как гранёный конец рапиры пронзает грудь, как в отчаянии хватается за лезвие тот, кто сам шёл убивать.

И только тогда меня настигает боль. Резкая, как пинок, она складывает пополам и копьём пронзает всё тело насквозь. Огненная волна от всаженной стрелы докатывается до затылка, расплавляет ноги в мягкое масло. Я оседаю на землю и от страха не могу даже закричать, голос рыбьими костями встаёт поперёк горла. Сердце ломает рёбра, рвётся наружу, отчаянное, живое. Нет ничего прекраснее жизни, ничего, что сравнится с ней! Я не хочу умирать, не хочу, не хочу!. .

Последнее, что я вижу, а может, хочу видеть — всадник на вороном коне. Он мчится во весь опор, земля летит из-под копыт, клочья пены срываются с конского бока. Но всё-таки слишком медленно, чтобы успеть до того, как я упаду во тьму…

Скрипнула и открылась дверь, которую я хотела вечность держать запертой.

Потянулись скользкие щупальца, сотканные из самой тьмы. Они жаждут меня, приникают влажными отростками, угольный дым клубится и вьётся вокруг.

«Мы всегда будем с тобой. Мы и есть ты».

У мужчины, что стоит напротив, большие голубые глаза. Мне нравится, как они блестят, когда он счастлив, как становятся почти бирюзовыми в минуты удовольствия.

Тесной кухни не хватит, чтобы вместить эту злость. Вчера он праздновал день рождения с друзьями, так что запах перегара ещё держится, а на белках глаз красными звёздочками отмечены лопнувшие сосуды. Набрякшие веки, мятая рубашка, засохшая корочка возле рта.