Шелковые слова

Прикосновения его — легкие, едва ощутимые — точно огнем, ожгли ее тело, отозвались в каждом нервном окончании. Лейни задохнулась от блаженства. Мышцы ее словно обмякли, и она беспомощно наблюдала, как Дик выпрямляется, наклоняется к ней и нежно, любовно целует ее в ложбинку меж полных грудей.

Когда он поднял на нее глаза, они будто растворились в свете лампы.

— Ну как, идем ужинать? — спросил он. — Все уже готово и может остыть.

Она лишь тупо кивнула, удивляясь, какие же у него зеленые глаза и как она, находясь в здравом уме, может вот так лежать полуголая, в то время как руки и губы этого мужчины ласкают ее, а ей хоть бы что.

Куда подевалась ее решимость выдворить его вон? За короткое время — с того момента, как она заснула, озлобленная и измученная, и до того, когда проснулась от его нежных ласк, — чувства ее значительно смягчились.

— Не проще ли набросить вот это вместо того, чтобы заново одеваться? — предложил Дик, протягивая ей халат. Лейни заметила, что все ее вещи подобраны с пола и развешаны в шкафу, а Дик держит в руках ее самый старый и самый удобный халат.

— П-положите его. Я присоединюсь к вам через минуту.

Когда он вышел, Лейни набросила халат и поспешно прошла в ванную. Судя по его широкой улыбке, он верно понял ее просьбу. Лейни уставилась на свое отражение в зеркале над раковиной. Волосы спутаны и растрепаны, но, как ни странно, в сочетании с розовыми щечками и заспанными глазами выглядят удивительно трогательно и… соблазнительно.

Отогнав прочь эту мысль, Лейни решительно атаковала волосы расческой.

Торопливо умылась и прополоскала рот. Когда она почувствовала, что выглядит по меньшей мере прилично, дабы составить джентльмену компанию за ужином, она покинула ванную и прошла через весь дом на кухню. В камине разгорался огонь, и Лейни невольно улыбнулась, залюбовавшись его уютным свечением.

— Ну наконец-то. Я уж думал, ты снова уснула.

Как же, усмехнулась про себя Лейни. Это после того, как его горячие губы запечатлели поцелуи на ее груди? Должно быть, он шутит.

Пока она спала, Дик переоделся в удобную домашнюю одежду. На смену элегантным брюкам и итальянским мокасинам явились довольно потертые джинсы и ободранные кроссовки. Еще на нем была хлопчатобумажная спортивная фуфайка с закатанными до локтей рукавами, а вокруг пояса повязан фартук. Щипцами Дик вылавливал спагетти из кастрюли с кипящей водой и перекладывал их на блюдо.

Маленький столик был сервирован просто, но со вкусом.