Шелковые слова

Она вновь ощутила себя жертвой этой непреодолимой слабости, восхитительной неги, которую дарили только его объятия.

С губ ее сорвался глухой звук, напоминающий мурлыканье, а руки сами обняли Дика. Он перевел дыхание.

— Вот так, Лейни. Не сдерживай себя. Доверься мне. Иди ко мне, как в ту ночь…

И вновь губы его коснулись ее припухших губ. Он стал горячо нашептывать ей разные нежные слова, пока ее не закружило в водовороте страсти. Когда она в истоме выкрикнула его имя, язык Дика проник в ее рот, лаская и дразня.

— О Боже, — выдохнула она несколько минут спустя, когда язык его слизывал с ее верхней губы росу их поцелуя. — Зачем ты это делаешь?

Он притворился, что не понял.

— Потому что ты прекрасна, юна и чиста. Потому что ты очень красивая на вид, восхитительная на ощупь и сладкая на вкус. Потому что когда-то я был у тебя глубоко внутри, а теперь там мой ребенок.

— Знаю. Но тем не менее это так. — Он пощекотал губами ее ухо. Даже ощущать на своей коже его дыхание было чудесно. Забыв обо всем на свете и отдавшись порыву, Лейни откинула голову назад.

На ней было темно-зеленое платье с кремовым воротничком; сверху донизу оно застегивалось на перламутровые пуговицы и слегка расширялось книзу, скрадывая фигуру. За время их прерывистой беседы руки Дика успели расстегнуть несколько пуговок.

Но когда он пробрался под платье и погладил ее прикрытую нейлоном грудь, очарование момента улетучилось и Лейни напряглась.

— Нет, — со страхом запротестовала она, не пытаясь, однако, высвободиться из его объятий.

— Лейни, — принялся он мягко увещевать, — нет ничего плохого в том, что любовники ласкают друг друга.

— Разве? Ведь ты носишь моего ребенка. И я дотрагивался до тебя куда более интимно. — Он бережно поцеловал ее в губы. — Я хочу дотрагиваться до тебя, хочу положить руку на твою чудесную грудь.

— Нельзя, — слабо воспротивилась она. Ладонь его была такой нежной, приятной…

— Но я ведь уже дотрагивался. Прошлой ночью. И целовал тебя. Вот сюда. — Большим пальцем он легонько коснулся соска.

 — Ласкал тебя языком. — Лейни сдавленно застонала, уткнувшись в его грудь, такую теплую и пахнущую им. Волосы на его груди приятно щекотали ее лицо. — И сейчас прошу лишь об одном: позволь мне коснуться тебя. Ночью было темно, и мы лежали под одеялами. А мне так хочется прикасаться к тебе при свете дня, видеть свои руки, ласкающие тебя. Видеть на себе твои руки…

Он терся об ее шею носом и губами, легонько задевал языком ухо.