Шерхан

Подходя к палате, слышу смех. Замедляю шаг, чуть-чуть приоткрываю дверь. Сердце на мгновение остановилось. Гриша смеялся, а Яр что-то ему показывал на телефоне, улыбаясь во все свои тридцать два зуба. Мои мужчины. Один родной, привычный, другой любимый, далекий.

Внезапно мой слух улавливает щелчок, любопытство заставляет меня открыть дверь шире. Цепенею. В другом углу палаты стоит девчонка, которую как-то видела у Ярослава в квартире утром, которую он целовал. Она меня увидела и улыбнулась.

— Лена! — Яр тоже меня заметил, вскочил на ноги.

 — Мы тут развлекаем больного, он отказывается добровольно принимать позитивную терапию. В итоге заставляем!

— И как? Успешно? — мне очень трудно улыбаться, потому что хочется ругаться, хочется схватить за шкирку эту лишнюю девку среди нас и вытолкать из палаты. Иду мимо Ярослава, подхожу к койке, целую выбритую щеку Гриши. Он ухмыляется, внимательно смотрит мне в глаза, словно пытается считать мои эмоции. Мы пересекаемся взглядами, Гриша тихо хмыкает. Кажется, почувствовал мою ревность, которая шипела, как рассерженная кошка.

— Яр меня побрил, сказал, что терпеть не может заросших мужиков, похожих на обезьян!

— А сам он относится к этому племени! — смотрю на Яра, на его аккуратную щетину, которая точно побывала недавно в опытных руках в барбешопе. Он ухмыляется, потом смотрит на девушку с фотоаппаратом, о которой можно забыть, ведет она себя как тень.

— Лена, познакомься, моя малышка, Лера, будущая мать моих детей! — и смеется, а его слова режут на куски мое сердце.

Мне с трудом удается удержать себя в руках, чтобы не устроить истерику ревнивой женщины. Ведь Яр не мой мужчина, я на него не имею никакого морального права.

Лера, его малышка, смущенно вспыхнула, укоризненно покачала головой, а ему все равно, хватает ее за руку и обнимает на моих глазах. Бесстыдно, нагло прижимает ее худенькое тело к своей груди и утыкается в макушку. Он не стесняется демонстрировать свое отношение, какие правила поведения? Фи, Яр всегда на них фыркал.

Минуту рассматриваю парочку. Они идеально подходят друг другу, говорят половинки похожи, но я не хочу сейчас думать об этой чепухе. Мне Лера не нравится. Не нравится, как теребит его рубашку в области живота, не нравится, как смотрит на Ярослава: нежно, с любовью, с гордостью. А еще она прям излучала свою позицию: «Я — его женщина, он — мой мужчина!».

— Вас можно поздравить? — мне должны дать «Оскар» за лучшую женскую роль в фильме «Любовь под запретом».