Шерлок Холмс и доктор Ватсон

– Тогда почему он не назвал книги?

– Думаю, что и вы, Ватсон, с вашей врожденной осмотрительностью, которая так восхищает друзей, не рискнули бы сунуть в один конверт шифрованное сообщение и ключ к нему. Ведь если такое письмо попадет не по адресу, автор погиб. Если же послать ключ отдельно, то мало вероятности, что оба письма попадут к одному и тому же лицу. Стало быть, нам остается ждать следующей почты. Я очень надеюсь, что мы получим с ней ключ, а возможно, и саму книгу, что даже более вероятно.

Через несколько минут предположение Холмса блестяще подтвердилось: в дверях появился рассыльный Билли с вожделенным письмом в руке.

– Тот же почерк, – немедленно определил Холмс, осматривая конверт. – И на этот раз с подписью, – добавил он взволнованно, развернув листок. – Ну что ж, приступим, Ватсон.

Однако, пробежав глазами содержание записки, он нахмурился:

– Боже мой, Ватсон, какое разочарование! Боюсь, что все наши ожидания пошли прахом. Этого типа Порлока, к несчастью, спугнули. Вот все, что он пишет:

«Уважаемый мистер Холмс!

Я устраняюсь от этого дела, оно становится чересчур опасным.

Меня подозревают, в этом нет сомнения. Сегодня он внезапно явился ко мне. Я только что написал адрес на конверте и собирался приступить к описанию шифра, как он вошел в комнату. Я едва успел спрятать конверт. Если бы он заметил его, со мной было бы кончено. Я сразу по его глазам увидел, что он подозревает меня. Настоятельно прошу, сожгите мое первое письмо, оно вам теперь ни к чему.

Какое-то время Холмс сидел неподвижно, комкая в руке письмо и хмуря брови на огонь.

– Вполне вероятно, – наконец проговорил он, – что все это ему померещилось. Угрызения нечистой совести. Опасаясь возмездия за предательство, нетрудно увидеть в чужих глазах угрозу.

– Под чужими вы подразумеваете профессора Мориарти?

– Кого же еще? Если кто-то из их братии говорит «он», можете не сомневаться, о ком идет речь. «Он» для них только один.

– Чего этот Порлок так боится?

– Хм. Престранный вопрос. Если против вас – самый блестящий ум Европы, возглавляющий к тому же все силы ада, вам есть отчего не спать по ночам.

Как бы там ни было, наш друг Порлок, видимо, совсем от страха потерял голову. Стоит только сравнить почерк на конверте и в записке. Адрес, как явствует из письма, был написан до злополучного визита. Как видите, почерк тверд и ровен. А теперь взгляните на записку – едва понятные каракули.

– Для чего он вообще тогда писал? Мог бы просто уничтожить конверт.