Шерлок Холмс и доктор Ватсон

– «Опасность»! Ха-ха! Разве мы не об этом мечтали? Пишите, Ватсон. «Здесь ... большая ... опасность ... может ... грозить ... очень ... скоро ... некий ...». Затем стоит имя «Дуглас». Далее, «богатый ... местный ... житель ... старый ... замок ... Берлстон ... действовать ... безотлагательно». Ура, Ватсон! Что вы теперь скажете о дедуктивном методе и его плодах? Если бы в овощной лавке продавались лавровые венки, я бы непременно послал за венком!

Я вперил недоумевающий взор в странную фразу, которую только что нацарапал на клочке бумаги под его диктовку.

– Что за идиотская манера выражаться у этого Порлока, – пробормотал я.

– Напротив. Он прекрасно изложил свою мысль, – отозвался Холмс. – Если в вашем распоряжении всего одна колонка слов, притом в виде готового текста, вы вряд ли сможете достичь вершин красноречия. Остается надеяться только на сообразительность адресата. Впрочем, и особая сообразительность не нужна. Порлок предупреждает, что некоему Дугласу, богатому джентльмену из Берлстона, живущему в старом замке, грозит опасность, причем опасность неотвратимая, если срочно не вмешаться.

Прекрасный образчик логического мышления, а, Ватсон?

Холмс радовался своему успеху с беспристрастностью истинного художника, точно так же, как огорчался, если его дедуктивный метод давал сбой. Он все еще сиял от восторга, когда Билли распахнул дверь, и в комнату шагнул инспектор Скотленд-Ярда МакДональд.

Описываемые мной события произошли в те давние дни конца 80-х годов, когда Алек МакДональд был еще далек от стяжания национальной славы, которой теперь по праву пользуется.

Это был совсем молодой полицейский, уже успевший отличиться при исполнении нескольких важных поручений. В его высокой ладной фигуре угадывалась необычайная физическая сила, а весьма вместительный череп обещал присутствие значительного ума, о чем свидетельствовали также глубоко посаженные сметливые глаза под кустистыми бровями. Он был суров, прям и непреклонен как истинный шотландец. И говорил с явным шотландским акцентом.

Холмс уже дважды помогал ему в раскрытии преступлений, причем сам оставался в тени, довольствуясь только радостью от превосходно решенной задачи. Инспектор относился к своему коллеге-любителю с безграничным восхищением. Это проявлялось в той доверчивой простоте, с какой он обращался к Холмсу в особо трудных случаях. Посредственность всегда уверена в себе. Талант же не боится склонить головы перед более ярким талантом.