Шерлок Холмс и доктор Ватсон

Он рассказывал ей о свежих, зеленых долинах графства Монаган, откуда был родом, о далеком прекрасном острове, невысоких холмах и шелковистых лужайках, которые казались еще прекраснее по сравнению с этими угрюмыми, холодными, заснеженными горами. Рассказывал о городах на севере Америки, о Детройте, о лагерях лесорубов на берегу Мичигана и наконец о Чикаго, где он работал на лесопильной фабрике. Он сдабривал свой рассказ туманными намеками о пережитых опасностях, о странных историях, случавшихся с ним в этом огромном городе, таких странных и сугубо личных, что о них лучше было молчать.

Он описывал внезапный отъезд из Чикаго, разрыв всех связей, бегство в новый, непривычный для него мир, в эту негостеприимную долину. Этти слушала, и в ее глазах светилось участие и сострадание – два чувства, которые так легко и естественно переходят в любовь.

Скоро МакМердо, человек образованный, нашел себе работу бухгалтера в одной из фирм. Работа занимала у него весь день, и он никак не мог представиться ректору местной ложи Ордена вольных братьев.

Об этой оплошности напомнил ему зашедший как-то вечером Майк Сканлан, рядовой член Ордена, с которым они ехали в одном вагоне. Сканлан, тщедушный, нервный человечек с заостренными чертами лица и черными глазками, был, видимо, очень рад встрече. Выпив рюмку-другую виски, он заговорил о цели своего визита.

– Я вспомнил твой адрес, МакМердо, и отважился наведаться к тебе. Я тревожусь, что ты все еще не представился ректору нашей ложи. Почему ты до сих пор не познакомился с Хозяином МакГинти?

– Сначала я искал работу.

А теперь совсем нет времени.

– Все, что угодно, может ждать, только не это. Глупо и небезопасно обходить стороной Клуб Союза. Надо было идти туда на другое же утро после приезда. Если ты будешь его дразнить... Знаешь, я тебе очень это не советую. За тем я сюда и приехал, чтобы предупредить тебя.

– Я состою в Ордене больше двух лет, Сканлан, но никогда не слыхал о таких строгостях, – удивился МакМердо. – Ведь это пустая формальность.

– В Чикаго, может, и пустая.

– Но ведь устав Ордена один для всех.

Сканлан вперил в приятеля долгий, пристальный взгляд. МакМердо уловил в нем зловещее предостережение.

– Через месяц ты сам все поймешь. Я слыхал, у тебя был в вагоне разговор с полицейскими, когда я вышел.

– А ты откуда знаешь?

– Собака лает – ветер носит. У нас все сразу становится известно – и хорошее, и плохое.

– Не стану отказываться, я действительно сказал фараонам, что я о них думаю.