Шерлок Холмс и доктор Ватсон

Какие я предпринимал предосторожности, чтобы уберечь ее! И вдруг все пошло прахом, и она оказалась во власти самого свирепого негодяя в Южной Африке, имя которого наводит ужас на всех от Кимберли до Йоханнесбурга. Поверите ли, мистер Холмс? С тех пор, как эта девушка стала у меня работать, я ни разу не отпустил ее домой одну, потому что знал о сборищах этих негодяев. Я каждый раз садился на велосипед и сопровождал ее. Конечно, я держался на почтительном расстоянии и, кроме того, надевал поддельную бороду, чтобы она не узнала меня.

Мисс Смит так независима и горда, она ни за что не осталась бы работать у меня, если бы узнала, что я всюду сопровождаю ее.

– Почему же вы не сказали ей об опасности?

– Потому что и в этом случае она бы покинула меня. Я просто не мог этого сделать. Хотя она и не любила меня, для меня было счастьем видеть ее в доме, слышать звук ее голоса.

– Вот что, – сказал я, – вы называете это любовью, мистер Каррузерс, а по-моему, это называется эгоизмом.

– Может быть, вы и правы.

Но разве любовь и эгоизм не сопутствуют друг другу? Словом, я не мог допустить и мысли, что она покинет меня. Кроме того, планы этих бандитов таковы, что ей необходима была защита. Потом пришла телеграмма, и я понял, что теперь они начнут действовать.

Каррузерс вытащил ее из кармана.

– Вот она, – сказал он.

Содержание телеграммы было простым и коротким:

– Хм! – сказал Холмс. – Мне кажется, я вижу всю цепь событий и понимаю, почему телеграмма сыграла роковую роль. Но раз уж мы все равно сидим и ждем, может быть, вы расскажете нам, что знаете.

Тут старый негодяй в сутане разразился бранью.

– Клянусь всем святым, – заорал он, – если ты донесешь на нас, Боб Каррузерс, то я сделаю с тобой то, что ты сделал с Джеком Вудли! Насчет девчонки можешь приходить в телячий восторг сколько душе угодно, это твое дело. Но если ты продашь своих друзей этому фараону в штатском, будешь последней собакой, ясно?

– Вашему преосвященству незачем так волноваться, – сказал Холмс, закуривая.

 – Дело и так совершенно ясно, и если я интересуюсь некоторыми деталями, то лишь из чистой любознательности. Впрочем, если не хотите рассказывать, то давайте расскажу я, и тогда вы увидите, как мало вы можете скрыть. Прежде всего, вы трое – то есть вы, Вильямсон, вы, Каррузерс, и Вудли – приехали из Южной Африки в надежде на...

– Ложь номер один! – закричал священник. – Я увидел их в первый раз два месяца назад и никогда не был в Африке.