Я видела как летел ко мне тигр в фантастическом, диком броске на пол крыши, протягивая вперед обе руки. Одну измененную в лапу, другую — человеческую. И не ясно было, успеет он или нет, потому что сил держаться уже не было. В последний момент я подумала — мы не расспросили волчицу и потеряли нить расследования. Диего уничтожил последнюю зацепку, чтобы спасти меня.
Глава 36. О билете и том, как судьба играет в рулетку
Кларисса стояла не передо мной, а рядом, чтобы продемонстрировать Диего «страдания менталиста».
Это меня и спасло.
От магического удара она откинулась, раскинув руки. И рухнула назад… переваливаясь через край крыши. Улетая вниз на каменную мостовую.
Я еще слышала ее стихающий хрип, когда Фаворра поймал мои соскользнувшие ладони, схватил их капканом, не обращая внимание ни на скользящую влажность пальцев, ни на их дрожание от слабости.
Рывок, мягкое, но уверенное втягивание. И я уже лежу в его объятиях. Горячих, удивительно надежных.
— Все хорошо, маленькая, все хорошо. Ты жива… жива.
Ева моя, Недотрога…
Кажется, я плакала. По крайней мере, лицо было мокрое. Приходилось вытирать щеки о его китель.
— Кларисса… Она…
— Если не умр-рет сразу, то восстановится. Там Буч внизу, если что — поймал бы тебя, но теперь, скорее всего, пер-рехватил волчицу. Ты влажный звук слышала?
— Н-нет.
— Значит словил. Забудь о ней.
— Но почему она нападала на менталистов? А вдруг мы так никогда и не узнаем?
— Расспросим ее братца, отца… Да найдем зацепки. Это сейчас не важно.
Главное — все опасности для тебя позади. Больше не будешь опасаться ходить по улицам, никто тебя не схватит…
Он шептал, покачивая меня на руках. Поглаживал большим пальцем по щеке, подбородку. Я ощущала грубую шероховатость его измененной кожи, вдыхала такой нужный мне сейчас, успокаивающий запах яблок. И напряжение понемногу уходило из заледеневших от ужаса мышц.
— Диего… А почему вы с Алексом так похоже пахнете?
— Ясно. У тебя дезориентация. Давай-ка я возьму тебя на р-руки и мы спустимся вниз.
Я испуганно сжалась, предчувствуя новое путешествие с кульбитами в воздухе, но Диего решил пройти по обычной домовой лестнице. И через пару пролетов, уже приближаясь к первому этажу, я была готова встать на ноги.
Перед тем как открыть дверь из подъезда на улицу, оборотень обнял меня и жарко, почти отчаянно поцеловал в губы. Я замерла, закрыв глаза, полностью отдаваясь лихорадочной ласке, слушая как быстро, сильно стучит в меня его сердце.
