Шестнадцать против трехсот

— И теперь какое-то время будешь здесь служить?

— Нет, Оля, нашу группу инженеров и техников должны отправить в Шайрат, помогать сирийцам в ремонте и обслуживании самолетов.

— О господи, это в тот Шайрат, что обстреливали американцы?

— А если они еще раз нанесут удар?

— Не нанесут, но что обо мне? Как ты-то оказалась в Сирии?

— Добровольно. После медицинского университета, как Коля погиб, — она на секунду замолчала, — работала в госпитале Красного Креста. Предложили командировку, полетела.

Все просто. Сейчас здесь формируется отряд для работы в Алеппо. Ожидаем борт с мобильным госпиталем. Как прибудет, так и отправимся к месту назначения.

— Известно, куда должны послать?

— В Алеппо. Но ты-то как? Женился?

— Так и не нашел свою любовь?

— Ясно. Когда вы убываете в Шайрат?

Ефремов пожал плечами:

— Точно не знаю, но думаю, уже сегодня.

— Жаль. Могли бы вечером встретиться. Нет, не подумай ничего такого, просто прогуляться, посидеть, поговорить. Вспомнить молодость.

Ведь нам есть что вспомнить, не так ли?

— Не улечу в Шайрат, и если начальство, а оно у нас строгое, отпустит, найду.

— Хорошо. Ну, пока. А… если улетишь, береги себя!

Женщина встала и пошла к медицинскому пункту, ни разу не обернувшись.

Ефремов прикурил сигарету, сел на скамейку. Просидел, пока не увидел командира группы, вышедшего из штаба. Авилов подошел. Он, видимо, видел, как подчиненный беседовал с женщиной, спросил:

— Это еще что за дела, Ефремов?

Старший лейтенант изобразил удивление:

— Какие дела, товарищ подполковник? Присел в тени покурить.

В модуле запрещено, рядом курилки нет, не ходить же к соседям?

— Я о женщине спрашиваю, с которой ты так мило разговаривал и которая пошла в сторону медицинского пункта.

— А, женщина? Представляете, товарищ подполковник, я сам чуть не одурел, когда она окликнула меня. Это и майор Базанов подтвердить может.

— Окликнула, значит, ты с ней знаком?

— Был знаком, в училище.

— Старая, несостоявшаяся любовь?

— Нет, Ольга, эта женщина, вышла замуж за моего друга, Николая.

А он погиб… на Кавказе, через месяц после первого офицерского отпуска. Мина.

— А что было сказано перед вылетом сюда?

Ефремов развел руками:

— Так кто же мог предположить, что Ольга, так ее зовут, окажется на базе Хмеймим?

— А какого черта тут рассиживаться было?

— Да она случайно меня увидела, когда шли из столовой. А присел я уже после разговора.