Шипучка. Ты уже часть меня

 – Ты вообще понимаешь, в какой я ситуации? В какой мы ситуации? Мы не можем встречаться. Это все испортит. Точнее… Я беременна. Ребенок, представляешь? Живой человечек, ответственность за которого должны нести родители. И он может быть не твой. Чужой. Ты не сможешь… Начнешь винить меня, себя, его! Ничего не выйдет. Нам нужно обезопасить его, да и себя тоже.

– Но он может быть… – начинает Сеня, но я спешу пресечь его контраргументы.

– Да! Он может быть твой, и если мы попробуем быть вместе, а потом разойдемся без возможности поддерживать теплые отношения еще до его рождения, как ты себе представляешь дальнейшую его жизнь? Мы не можем, понимаешь? Нам нужно… Нужно попытаться быть… Не знаю… Друзьями.

На крайняк просто хорошими знакомыми, чтобы пережить все это, потому что сделать тест на отцовство я смогу только после родов. Мы толком не знаем друг друга и совсем не в том положении, чтобы рисковать.

– Ника, – снова пытается начать Сеня тоном, не терпящим возражений, но меня уже не остановить.

Я все решила.

Это единственный правильный выход.

– Хватит! Перестань! – внутри снова все клокочет, потому что сейчас я поступаю так, как правильно, а не так, как хочу. – Пожалуйста, – произношу чуть дрогнувшим голосом, предвещая новую волну слез.

– Наумова! – из коридора доносится голос Милы, а через секунду она появляется перед нами. – Что тут у тебя происходит?

Щелкает выключатель, и зажигается свет.

– Люда? – удивленно произносит Сеня.

– Титов? – подруга застывает на месте белая, как мел, потом переводит взгляд на меня.

 – Ника?! Что он тебе сделал? – спрашивает озлобленно, бросаясь ко мне.

Сеня, наоборот, поднимается и шагает к выходу. Они почти мгновенно меняются местами.

– Ничего. Это… Все нормально, – отвечаю я, а Мила обнимает меня, прижимая мою голову к груди.

Гляжу на Сеню, и он выглядит совсем не так, как я привыкла. Не улыбается, не светится. Угрюмый и серый. Словно другой человек.

– Ника, ты меня проведешь? – спрашивает он без эмоций в голосе.

– Выход по прямой, – бросает Мила совсем не дружелюбно.

Никогда не видела подругу такой. Она не меня защищает. Она сама боится. Но в чем дело? Осторожно выбираюсь из цепких тонких ручек, успокаивающе погладив подругу по плечу, и шагаю в коридор следом за Арсением, показывая Миле взглядом и коротким кивком головы, чтобы она осталась на месте. Сейчас провожу Сеню, а потом узнаю, почему Мила так себя ведет. Они ведь знакомы. Мне это не показалось.

Арсений обувается, но не спешит уходить.