Фуршетные столы по периметру, безупречно одетые официанты, ровный фон живой музыки, который не давит, но подчеркивает: ты не дома, детка, даже не в ресторане, ты — в их мире.
Мой отец был далеко не бедным человеком, у меня было все, о чем может мечтать девушка моего возраста, но мир Авдеева — это совершенно другой уровень денег.
Я держусь за руку Вадима, как за поручень. Он идет уверенно, спокойно, поздоровавшись с парой мужчин у входа, кивает кому-то в другом углу. А я стараюсь не споткнуться об собственное чувство неловкости.
На нас смотрят. И это не паранойя. Женщины — на него. Мужчины — на меня.
Многие дамы в платьях на порядок роскошнее моего. Я чувствую себя чертовски неловко из-за того, что уперлась в мысль не тратить его деньги с карты, а свои собственные зажала на покупку платья, которое, скорее всего, буду надевать раз в год.
Вадима жрут глазами. Я чувствую это как легкие нотки роскоши в воздухе, даже если конкретно в эту минуту на него никто не пялится. Но он определенно привлекает внимание.
Я сжимаю челюсти, делаю глубокий мысленный вдох, в который раз напоминая себе, что так было и будет всегда — даже если однажды он перестанет быть чертовски завидным холостяком, вряд ли это сильно сбавить его ценность для желающих получить в добавок к тугому кошельку еще и красивое тело.
Но один женский взгляд все-таки ловлю — блондинки с теми самыми «голливудскими волнами». Мысленно радуюсь, что все-таки уложила волосы сама. Блондинка пялится на Вадима совершенно открыто, не отворачивается даже когда я даю понять, что заметила ее интерес.
Только задирает свою идеально уложенную гелем бровь с выражением «мне-на-тебя-по-хуй» на лице. Я инстинктивно прижимаюсь к Вадиму плотнее, завожу руку так, чтобы положить пальцы ему на запястье.
Он моментально чувствует.
— Все хорошо, Барби?
Я хочу сказать, что никаких, блядь, проблем, не считая того, что для некоторых он просто главное блюдо сегодняшнего фуршета. Но вовремя прикусываю язык, вспоминая свое обещание.
Никакой ревности, Крис. Никаких прав собственности. Ты просто транзитный пассажир."
"Мы находится здесь от силы десять минут, а у меня уже в глазах рябит от украшений, причесок и пропитанных фальшью улыбок. И взглядов, которые я периодически на себе ощущаю — оценивающих, как будто прикидывающих, насколько я вписываюсь в круг. И только Вадим ведет себя совершенно спокойно: обменивается фразочками с кем-то из гостей, кому-то кивает, кому-то коротко жмет руку.
