— И ради бога, ну какой я тебе «Лев», — он отодвигает меня на вытянутых руках, делая вид, что рассматривает, прищелкивает языком. — Дядя Боря, помнишь? Ну или просто Лёва — ты ведь уже выросла. И ай какой красавицей стала, Крисочка… Присаживайся, что ты как не родная, в самом деле.
Жестом указывает на кресло напротив. Бархатное, глубокое. Сажусь на самый краешек, готовая в любую секунду сорваться и бежать. Сумку ставлю на колени, пальцы до боли сжимают ремешок. Перцовый баллончик все еще там.
Наивная дура.
Против таких, как Гельдман, он точно не поможет.
— Спасибо… Лёва, — выдавливаю из себя.
Официант, возникший словно из-под земли, уже стоит рядом.
— Что будешь пить, крестница? Шампанское? Вино? Или что покрепче, для храбрости? — в его голосе сквозит неприкрытая ирония.
— Можно мне просто минеральной воды? С лимоном.
Именно так всегда пьет Вадим. Я уже на память выучила. Понятия не имею, зачем это делаю. Возможно, раздолбанная психика цепляется за любую возможность усадить авдеевский фантом третьим в наш разговор.
Как будто это как-то мне поможет.
Гельдман заказывает коньяк. Официант бесшумно исчезает.
Наступает тишина. Тягучая и напряженная.
Он рассматривает меня совершенно не стесняясь. Как лот на аукционе, где мы столкнулись. От этого взгляда хочется съежиться и стать невидимой.
— Хорошо выглядишь, Кристина. Похорошела. Потрахушки с Авдеевым тебе к лицу.
Его намеренное уничижительное «потрахушки» заставляет до боли сжать челюсти.
Ну вот, первый звоночек.
Игры в милого старого крестного закончились, наступило серьезных разговоров, даже если на первый взгляд вопрос звучит невинно и как будто без подвоха. Ну правильно и логично, что мужчины с определенным статусом на закрытые мероприятия водят не абы кого попало, а своих красивых куколок.
— Слышал, ты у него работаешь, — прицельно бьет Гельдман. — Ну и как тебе?
«Слышал» для таких людей — это просто курам на смех. Он точно прицельно наводил справки. Как? Вопрос на миллион.
— Обычная работа, Лев Борисович.
— Нарочно говорю с ним по имени отчеству. — Цифры, отчеты. Ничего особенного.
— Ну да, ну да, — он кивает, делая вид, что верит. — Вадик всегда умел подбирать… ценные кадры. Особенно женского пола.
Приносят напитки. Делаю несколько жадных глотков, потому что горло пересохло, будто я пешком шла через пустыню.
— Я не совсем понимаю, зачем вы хотели меня видеть, — решаю взять быка за рога. Терять мне все равно нечего. Ну, почти.
