Растекаюсь вокруг разноцветной дорогой мишуры, которая моментально теряет вкус радости и превращается в груду хлама. Я бы все это вернула без сожаления, если бы взамен получила вечер с ним. Можно даже без секса — он же так чертовски устает, мой Хентай. Я бы просто… хотя бы побыла рядом. Чтобы он приехал прямо сейчас, вошел, уставший, снял пиджак и запонки. Чтобы провел рукой по моей спине, когда я подойду, поцеловал в шею, и я смогла бы свернуться калачиком у него на груди, слушая, как бьется его сердце.
Мне хочется выплакать ему все это в длинном-длинном сообщении.
Сказать, что плевать я хотела на подарки и цацки.
Но я помню, что поклялась быть послушной куколкой — терпеть и ни о чем не просить. Принимать его целиком — вот с такой жизнью. И тихо радоваться, что в ней вообще есть место для меня — грязной маленькой суки.
Я: Тогда съем что-то жутко дорогое под жутко безвкусную «Красотку» в гордом одиночестве."
"Но никакую «Красотку» я, конечно же, не смотрю. Прячу себя в новом огромном мягком худи с кричащей надписью «AMERICAN LUXURY», которое купила просто потому, что оно показалось забавным и уютным.
Подтягиваю кресло к смотровому окну, забираюсь туда с ногами и пытаюсь делать вид, что читаю книгу, хотя на самом деле постоянно проверяю сообщения от него и прислушиваюсь к каждому звуку (в номере с идеальной шумоизоляцией), надеясь, что случится чудо и Тай вырвет для меня хотя бы час своего драгоценного делового времени. Когда через какое-то время в дверь номера и правда стучат, несусь открывать, даже если мозг подсказывает, что Вадим бы точно открыл своим ключом.
На пороге — сотрудник отеля, с тележкой, на которой огромный — без преувеличения — сет суши в лакированной деревянной коробке. И красивые серебряные палочки. Несколько разноцветных моти на блюде, украшенном сахарной пудрой и какими-то розовыми лепестками. Холодный зеленый чай с лимоном в большом прозрачном стакане.
Я показываю, что лучше поставить все это к моему месту у окна, а когда сотрудник отеля уходит, пожелав мне приятного вечера, делаю пару фото и сбрасываю Вадиму с припиской: «Не удивляйся потом, если найдешь в своей кровати бегемота, а не стройную лань!»
Он не читает сразу — наверное, страшно занят.
Хотя уже так поздно.
Он точно на деловых переговорах? И даже если так — может, там стриптизерши, эскортницы? Я же знаю, как устроена изнанка мира переговоров о больших деньгах, и что прилизанно там бывает только на фото в бизнес-журналах.
