Ненавижу себя за то, что несколько минут вообще никак не реагирую на его тепло рядом, потому что мысленно спрашиваю, пошел он в душ сразу, потому что хотел смыть с себя кого-то другого или просто потому, что делает так всегда?
А потом он устраивается удобнее, опускает нос мне в макушку.
Медленно, расслабляясь, выдыхает горячий воздух в волосы.
И мне становится дико стыдно за то, что веду себя как последняя конченая эгоистка.
Поворачиваюсь к нему, забрасываю ногу на талию, и он тут же подтягивает мое бедро выше, устраивая нас именно так, чтобы тела идеально совпадали даже несмотря на нашу разницу в росте.
Глаза уже привыкли к темноте, и я вижу маленькие морщинки усталости вокруг его глаз.
Вижу, что длинные ресницы подрагивают, потому что Вадим устал, явно хочет спать, но изо всех сил пытается держать их открытыми, чтобы уделить мне хотя бы эту каплю внимания.
— Суши были очень вкусными, — вру, потому что самое вкусное в сегодняшнем дне — вот этот момент.
Он что-то несвязно бормочет, сдается — закрывает глаза."
"Его голова моментально становится тяжелой, давит подушку, но рука на мне все еще контролирует, как будто бережет от ночных кошмаров.
И только сейчас, чувствуя его тепло, его силу и его присутствие, я наконец-то расслабляюсь.
Вся сомнения и тревоги, которыми я так безбожно накручивала себя весь вечер, отступают.
Он же здесь, мой Тай. Со мной.
Глава тридцать седьмая: Барби
Следующий день начинается почти так же, как и предыдущий.
С той лишь разницей, что Вадим, прежде чем исчезнуть в своих бесконечных делах, успевает заскочить в спортзал отеля — я слышу, как он возвращается, пахнущий потом и чем-то неуловимо хищным, принимает душ и снова испаряется, оставив после себя лишь легкий аромат своего парфюма на подушке и привычную черную карту на тумбочке. Записку на этот раз он не оставляет. Видимо, решил, что «разоряй» действует по умолчанию, как безлимитный абонемент на мои капризы.
Но сегодня мне не хочется ни шопинга, ни примерочных, ни ярмарки тщеславия под названием Пятая авеню. Вчерашний марафон по бутикам вымотал не столько физически, сколько эмоционально. Сегодня Нью-Йорк встречает меня ослепительным, почти весенним солнцем, которое заливает улицы, отражается в стеклах небоскребов и заставляет щуриться. И я решаю просто… отдыхать и гулять.
