— Как раз для романтического вечера со своей девушкой.
— Ты же не хочешь, чтобы у меня случился ванильный инфаркт, Барби?
— А от мордобоя с кровавыми соплями он точно случится у меня.
Но на самом деле, я бы посмотрела с ним даже скучную многочасовую лекцию, которую будет читать самый нудный в мире профессор."
"На пляж мы выбираемся примерно через час с небольшим — когда солнце уже зашло, и до нас, наконец, добрался курьер из ресторана. Пока Вадим стелет огромный мягкий плед на еще теплом от дневного солнца песке, я зарываю ведерко со льдом и безалкогольной шипучкой, тащу контейнеры с едой, от которых исходит умопомрачительный аромат.
Не хочется даже пачкать тарелки — настолько не важно «как», потому что хочется — максимально просто.
Я сижу, прижавшись к Вадиму, его рука обнимает меня за плечи, и я чувствую себя в безопасности. Впервые за очень, очень долгое время. Волны лениво набегают на берег, где-то вдалеке кричат чайки, небо над нами усыпано мелкими звездами — здесь они почему-то висят особенно низко, и я даже пару раз поднимаю руку, пытаясь ухватить одну, потому что это кажется почти реальным.
Мне так хорошо, что даже страшно.
Страшно, что это все — просто сон, и я вот-вот проснусь.
Вадим сегодня на удивление тактильный. Он все время ко мне прикасается. То поправит выбившуюся прядь волос, то проведет пальцами по моей щеке, то просто сожмет мою руку в своей. Ощущается почти как нежность. И как забота. Как что-то такое, от чего у меня внутри все тает. И я сама тоже расплываюсь, как дурацкий пломбир на своем великане.
Мы почти не разговариваем. Просто смотрим фильм, пьем шампанское, едим прямо руками, как дикари. И в этой тишине остро, впервые за все мои двадцать пять лет, ощущается какая-то правильность… Как будто все, наконец, встало на свои места.
Наверное, я засыпаю где-то на середине страшно динамичной и напряженной погони, потому что последнее, что помню — ощущение невесомости, а потом — прикосновение моего тела к прохладным простыням. И еще немного позже — руки Вадима на себе.
Которые я сквозь сон крепко обвиваю своими, и притягиваю, чтобы между нами не осталось даже воздуха.
Утром я просыпаюсь от солнечного света, который пробивается сквозь щели в жалюзи. На часах — почти девять. В кровати я уже одна. Сердце на мгновение замирает от знакомого страха, но потом я вспоминаю, что мы ждем гостей и Вадим, наверное, встал пораньше, чтобы приготовиться к их приезду. Быстро натягиваю футболку и шорты, и спускаюсь вниз.
