Шиворот-навыворот

Лиля, воспользовавшись тем, что получила долгожданную свободу, неслышно ступая, подошла к постели больной. Села на свободный стул, взяла Алиску за руку.

— Поправляйся, Алисочка, — прошептала по-русски. — Твоя дочка ждет тебя. И Витька будет рад, если ты вернешься. Проснись, милая. Открой глазки.

Арман смотрел, как, по сути, чужая женщина оплакивает его незаконнорожденную дочь, как слезы бегут по ее щекам. Кто ей больная? Случайная знакомая? Любовница друга детства? Повезло Алисии, что у нее появились такие друзья. Но вместо того, чтобы цепляться за этих людей зубами, воспитывать дочку, любить этого строгого русского мужика, она опять вильнула хвостом, возжелав свободы.

Обратно, через большой больничный двор, шли молча. Арман подбирал слова, чтобы пригласить неприступную красавицу на прогулку в парк, в ресторан, к себе в постель. Лилия удрученно брела рядом, засунув руки в карманы пальто. Видимо, не желала, чтобы он брал ее за руку, или замерзла. Ничего, он согреет ее, и настанет время, когда она будет жаждать его прикосновений.

Пройдя через арку, отделяющую клинику от улицы, Лиля остановилась. Нужно попрощаться и идти прочь. Слишком сильно действует на нее этот человек. Так и до беды недалеко.

Он опять взял ее за руку.

— Приглашаю вас на прогулку. Здесь недалеко Английский парк, — тихо проговорил он и добавил намекая: — Мы могли бы приятно провести время.

— Простите, но я не заинтересована. Спасибо за возможность повидаться с Алисией. До свидания, — тихим голосом попрощалась Лилия и шагнула в сторону.

Арман посмотрел вслед удалявшемуся автомобилю, уносившему обратно в Штарнберг желанную женщину.

""Что ж, милая, — мрачно подумал он. — От меня тебе убежать не удастся"".

ГЛАВА 29

Пахомов вернулся домой поздно вечером. Лиля уже укладывала Мишку спать и читала ему сказку.

— Как ты? — нервно поинтересовался Витька, когда она вышла на кухню.

— Ужасно, — честно призналась Лилия. Потому что даже после кратковременной встречи с Арманом чувствовала себя выбитой из колеи.

— Говорил ведь, чтобы не ездила… — отмахнулся от нее Витька, обильно посыпая перцем голубцы и помидоры в салате.

— Алису жалко стало, вот и поехала, — спокойно возразила она и потянулась за крекером в вазочке.

— Вам чайку налить, Лилия Михайловна? — осведомилась экономка.

Лиля кивнула.