Школьный Надзор

Добавил недостающую запятую, подчеркнув двумя чертами, потом зачеркнул неправильную «и», приписав сверху «е».

Фраза наверняка осталась тут от другого класса. Можно было себе представить, как народ с гомоном вваливается в кабинет, кто-то первый замечает надпись, толкает соседа в бок, и вот уже все беззвучно раскладываются, усаживаются и ждут.

Класс, тяжко вздыхая, защелкал клавишами.

Обреченный, но несгибаемый Карасев оторвался от ноутбука (а на парте их было два, казенный и его собственный). Лишенный виртуальных костылей, словно оторванный от пуповины, Карасев доковылял до интерактивной доски.

Карасев тоскливо посмотрел на всех, не нашел поддержки, кроме нескольких «хи-хи», взял маркер, словно это была восьмикилограммовая гантель, и начал отвечать письменно.

Дреер поборол в себе желание заставить еще и стихи писать наизусть.

Так в молчаливом покое, больше похожем на предгрозовое затишье, прошла где-то треть урока, когда…

…открылась дверь и на пороге возник замдиректора по учебно-воспитательной работе Саласар-Диего Варгас.

– Дмитрий Леонидович! – начал он, вдвинувшись в класс ровно наполовину. – Можно вас…

Раскатом хохота завуча вынесло обратно в коридор. Дмитрий даже выскочил следом, проверить – не лежит ли оглушенный Варгас на полу, раскинув руки. Но нет, тот нашелся стоящим вполне себе вертикально, только, кажется, в легком и понятном трансе. Как выяснилось, он даже забыл, что хотел сказать Дрееру. Лишь помнил что-то насчет педсовета.

Сакраментальную фразу после этого Дмитрий с чистой совестью стер, но оставшийся урок был потерян.

Сейчас на доске вместо надписей красовалась рожица. Обезьянья. Судя по всему, орангутанг с улицы Морг. Когда только успели, оглоеды?

Класс уже опустел. Дмитрий встал из-за терминала, вооружился губкой и смахнул рисунок с белого пластика, оставляя разводы.

– Интересный урок, – послышался за спиной низкий, взрослый голос.

Словесник обернулся.

За последней партой сидел мужчина. В довольно вольготной позе, одной рукой облокотившись на спинку стула, а вторую положив на парту.

– Вы хорошо держите внимание, наставник Дреер.

– Простите, мы знакомы? – Дмитрий замер, не выпуская из пальцев губки.

Однако главный вопрос был в другом. Когда словесник вставал из-за терминала, в классе не было ни души.