Шок-школа

У меня есть ощущение, что нас с Сенькой там как-то не любят, и я хочу, чтобы кто-то посмотрел на это все со стороны…

Миссия была сформулирована слишком расплывчато, и поначалу я малодушно попыталась от нее уклониться, перебросив груз ответственности на широкие плечи старшего лейтенанта Таганцева.

По-моему, Костя идеально подходил на роль Наткиного напарника в такого рода боевой операции. Наш Таганцев – надежный мужчина из тех, с кем лучше не связываться, способный защитить свою женщину и ребенка, а Натку и Сеньку он давно уже считает своими, я же вижу.

И Костя легко согласился сходить с Наткой в школу, но, к сожалению, не смог: помешала работа.

У опера она такая – ненормируемая и неотложная…

– Здравствуйте, Наталья Владимировна, – прозвучало над нашими головами.

– Добрый день, Яна Арнольдовна, – Натка поднялась, я тоже.

Перед нами стояла полная дама средних лет – крупные черты лица, внимательные холодные глаза, брови дугами, густые волнистые волосы уложены в тяжелый узел, в ушах бриллиантовые сережки – и больше никаких украшений, даже руки без колец.

Господи, тут что, и учителя носят форму?!

– И вы тоже ко мне? – Яна Арнольдовна посмотрела на меня.

– Да, мы вместе, – торопливо сказала Натка.

Яга посмотрела на нее с легким укором:

– Предполагалось, что у нас с вами будет приватный разговор.

– Это моя сестра, у нас с ней нет секретов друг от друга.

– Старшая сестра Елена Владимировна, судья Таганского районного суда, – задумчиво молвила прекрасно информированная Яга, и я вновь почувствовала себя неуютно.

Как будто сейчас решалось, будут ли меня кормить-поить и спать укладывать – или сразу сунут на лопате в печь и зажарят.

Повезло: представителей Таганского суда сегодня в меню Яги не было.

– Ну что ж, приятно познакомиться, – Яна Арнольдовна слегка кивнула. – Прошу за мной.

Она повернулась и, демонстрируя величавую несуетность движений, свойственную пышнотелым оперным певицам, крупногабаритным дамам августейших фамилий и эскадренным броненосцам, поплыла по коридору, а мы с Наткой за ней корабликами.

– Видала? – на ходу шепнула мне сестрица. – Куда там Борману с Мюллером! Фрау Герц, характер нордический, выдержанный. Беспощадна к врагам рейха!

– Не нагнетай, – досадливо попросила я тоже шепотом, чтобы не услышала нордическая фрау.

У нее, кстати, забавно поскрипывала одна из туфель.