Шолохов. Незаконный

Но я думаю, что вы должны гордиться: вам даётся задание, за выполнение которого вы обязательно будете награждены.

«Когда я слушал задание, мне с самого начала стало ясно: что я попал в грязное и опасное дело, – вспоминал Погорелов. – Неужели такое задание давал Сталин? Не может быть! Нет, это всё провокация. Это дело местных работников. В общем, я твёрдо был убеждён, что Шолохов никакого восстания не готовит».

После короткой паузы Гречухин, вдруг перейдя на «ты», спросил:

– Берёшься выполнить это задание?

Погорелов, собравшись с мыслями, ответил:

– Вы правы, это очень ответственное и серьёзное задание.

Я ушёл из ВЧК в 1923 году и не работаю в органах 15 лет. Это задание мне будет трудно выполнить. Не лучше ли это задание поручить чекисту, который сейчас работает в органах?

Погорелов: «Гречухин передёрнулся и едко, сухо сказал: “Вы же сказали, что выполните любое задание т. Сталина и т. Ежова, а теперь, как я понимаю, отказываетесь?”

На это я сказал: “Вы меня неправильно поняли, я не отказываюсь, а просто не смогу его выполнить, так как давно не работаю на практической работе в МГБ.

Не хочу подводить вас, а главное – не хочу угробить это дело”».

И здесь Гречухин осмысленно раскрылся во второй раз. Наклонившись к Погорелову через стол, он жёстко отчеканил:

– Погорелов, я повторяю. Прежде чем вас вызывать, мы всё обсудили в Москве. С товарищем Евдокимовым. Вы что, не верите товарищу Евдокимову?

Погорелов, глядя в стол, ответил:

– Верю. И вам, и Евдокимову.

– Если так, то ваш отказ от задания выглядит очень шатко… Я вам только что передал важнейшие материалы о готовящемся восстании.

Вы чекист и понимаете, что в таких случаях пока не будет закончена операция или вы должны выполнить приказ, или… вас нужно будет изолировать. Но ведь это позор для чекиста. Откровенно говоря, мы от вас этого не ожидали… Подумайте, взвесьте всё и скажите окончательно своё решение. Курить будете?.. Ну, идите тогда в приёмной посидите.

Погорелов: «Я думал целый час.

Меня опять вызвал Гречухин. И опять я категорически отказался от поручаемого мне задания. После этого я сидел целый день в приёмной до 10 часов вечера. Гречухин куда-то уходил, пришёл в 10 часов, позвал к себе. Разговаривал официальным и сухим тоном: “Ну, что вы придумали?” Я опять отказался».

Через 15 минут Гречухин снова его вызвал.

– Мы посоветовались с центром, – сказал. – Мы с товарищем Евдокимовым решили, что раз вы отказываетесь – пошлём другого.