Шоу Подбор (СИ)

 — как самочувствие?

— Лучше, — отозвалась я, решительно перекидывая ноги на одну сторону кушетки.

Я настойчиво попятилась сдвинуть лишние на данный момент мысли на второй план. Нужно вытащить эту дрянь, которая разъедает меня изнутри. А значит, для истерики с рукоплесканием нет времени.

Илдвайн без слов протянул мне таблетку обезболивающего, но затем, с сомнением взглянув на нее, убрал обратно в баночку.

— Поставим внутривенно. — произнес он, подходя к одному из встроенных в стену шкафов. — Во-первых, быстрее подействует.

А в нашем случае счет на время идет нешуточный. И эффект будет надежнее, во-вторых.

Илдвайн сразу же привел в действие обещанное. Извлек шприц с мутными содержимым из холодильной камеры, встряхнул, проверил нано иглу, обеспечивающую сразу же дезинфекцию, и направился ко мне. Я непроизвольно вцепилась в руку инквизитора, сидящего рядом и наблюдающего за происходящим с мрачной непоколебимостью. Мелькнула мысль, что я впервые вижу столь странное сочетание.

В ответ он сжал мою ладонь, задумчиво поглаживая пальчики.

Илдвайн подошел, откинул мою распавшуюся косу и приготовился вкалывать обезболивающее прямиком рядом с раной. Я прикусила губу. Колющая боль, ощущение скользящей жидкости и все кончено. Врач отбросил шприц, притянул тележку.

Я со смесью обреченности и решимости взглянула на скальпель. Осознание того факта, что надо и иначе нельзя, пыталось вытеснить надежду, кричавшую о том, что я и с пулей в плече классно жизнь проживу. Илдвайн же был спокоен. Он натянул другую пару перчаток, надел сканирующие очки.

Инквизитор встал сбоку от него, продолжая удерживать мою руку в крепком, но осторожном захвате. Казалось, что даже капли дождя били по стеклу ритмично, словно отсчитывая секунды. Момент был напряженный, взгляды серьезные и мрачные, а мне вдруг захотелось улыбнуться.

И, не сдержавшись, я хихикнула, встретив недоуменные взгляды. Момент был не располагающий, однако именно своим напряжением и вызывал у меня нервный смех. Я только головой покачала, отбрасывая ненужные мысли.

— Режьте, доктор. — произнесла я то, от чего Илдвайн даже споткнулся, укоризненно на меня взглянув.

Ну да, одно дело, когда тебе говорят «проводите операцию, Илдвайн», а вот «Режьте, доктор» — это уже совсем другое. Тут хочешь не хочешь, а мясником себя почувствуешь. Я снова хихикнула, представив себя сумасшедшей жертвой маньяка, которая кричит опешившему преступнику: «Ну же! Чего ты ждешь? Кромсай, кромсай уже скорее, а то я вся такая неподнадрезанная!».