Шоу Подбор (СИ)

Наверное, я все же произнесла это вслух, потому что Илдвайн достаточно тихо произнес:

— Всегда знал, что у англичан странный юмор…

И только Клодель Арчибальд молчал, странно на меня взирая. Я же сосредоточилась на предстоящем. Илдвайн протирал инструменты, а я неожиданно осознала, что, несмотря на внутреннюю смиренность и заставляющую хихикать нервозность, сижу с неестественно выпрямленной спиной, кусая губы и сжимая ладонь инквизитора так, что мои пальцы побелели. Нервно вытерла вспотевшую ладонь о штаны.

Доктор вскинул скальпель, который устрашающе отразил яркий свет ламп. И надо же было именно в этот момент за окном сверкнуть молнии и в очередной раз раздаться оглушительному раскату грома.

— Не дергайтесь, мисс Оплфорд. Операция быстрая, но требующая отточенности движений. — это Илдвайн произнес отстраненно, явно собираясь с силами.

Я же не могла понять причин, побудивших его нервничать. Да, ситуация не из приятных. Однако прошло слишком мало времени для того, чтобы пуля, застрявшая в плечевом суставе, смогла нанести непоправимый вред моему здоровью.

Я же прекрасно понимала — иначе никак. Конечно, было бы здорово обойтись без этой пули вообще, но раз уж так вышло, то остается просто терпеть. А доктору так и вообще не о чем беспокоиться. Инквизитор же сказал, что подобную операцию он проводит не в первый раз, а значит все будет в порядке. Или дело в том, что я девушка и должна априори падать в обмороки при виде колющих и режущих предметов?

Я вспомнила набор средств для наведения красоты.

Бритвы, приспособление для завивки ресниц, щипчики для обрезания кутикул, электрическая машинка для глубокой чистки лица, восковые полоски для эпиляции. Наверное, именно благодаря им скальпель не казался чем-то совершенно диким.

— Илдвайн, а вы мне успокоительное давали? — озарила меня догадка.

— Да, — пожал плечами доктор. — чувствуете изменения?

Я глубокомысленно пожала плечами, тут же зашипев от легкой боли, притупленной обезболивающим.

Но теперь понятно, почему происходящее воспринимается легко и даже с ноткой оптимизма.

Единственное, что смущало, это ветерок, неприятно холодящий оголенные части тела. Из-за него отсутствие верхнего предмета одежды ощущалось особенно остро, рождая смущение. Правда, не думаю, что Клодель Арчибальд сегодня увидел для себя что-то новое.

Да и я ханжой себя не считаю.