Штрафники

(В ящике, на котором он расселся, лежала готовая к употреблению бомба мощностью порядка ста килограммов в тротиловом эквиваленте.) Использование газа на обширном, продуваемом всеми ветрами пустыре, мягко говоря, неэффективно… А «стрелки», гм! Вы когда-нибудь видели, КАК они действуют?! Человек отнюдь не валится подрубленным деревом. Он хрипит, хватается руками за горло, медленно оседает на землю. То есть «щит» распадался бы около минуты. За это время Саидов успел бы покончить с собой. (В воротнике у него обнаружили зашитую ампулу с ядом.

) Или даже активировать взрывное устройство… Да, между прочим, Сибирцев, прежде чем открыть огонь, предложил так называемым заложникам спрыгнуть с грузовика. Послушайся они его – остались бы живы-здоровы…

Лицо представителя пошло красными пятнами.

– Значит, не хотите сотрудничать, – тихо, зло произнес он.

– Сотрудничать в чем?! – дерзко глянул ему в глаза директор ФСБ. – Будьте любезны уточнить!

«Уточнять» представитель не пожелал и только из всех сил стиснул зубы.

На скулах у него заиграли желваки. Во взгляде директора скользнуло откровенное презрение.

– Что-то я вас не понимаю, уважаемый, – насупился представитель. – Что-то вы тут путаете и крутите. То «надо наказать», то «нельзя бросаться»!

– Вовсе нет, – спокойно возразил Нелюбин. – Просто вы… – он назвал представителя по имени-отчеству, – не дослушали до конца! Благодаря откровениям Левицкого мы получили уникальную возможность провести одну крайне рискованную, сложную операцию. В случае успеха она принесет нам невиданные доселе дивиденды.

Для выполнения задания нужны профессионалы экстра-класса, однако… шансов выжить у них очень мало…

– Ага-а-а! – просветлел представитель. – Теперь понимаю! Вы собираетесь использовать этих офицеров в качестве штрафников!

– Совершенно верно, – подтвердил Нелюбин. – А вы сможете с чистой совестью доложить Хозяину – мол, так и так, предпринял действенные меры. Виновники отправлены грудью на амбразуру, смывать кровью свои прегрешения!

– Давно бы так, – представитель посмотрел на часы, мило улыбнулся силовикам, крепко пожал им руки и, сославшись на спешные дела, покинул «комнату отдыха».

Вслед за ним, испросив разрешения у начальства, ушел начальник Аппарата внутренних расследований.

– А вам не жаль ребят? – оставшись с Нелюбиным наедине, спросил директор.

– В нашем деле без жертв не обходится, сами знаете, – развел руками тот. – К тому же они люди особого склада. Корсакову – на собственную жизнь плевать.