Шуры-муры с призраком

 – Но ему двадцать семь лет.

– А мне сорок четыре, – весело уточнила Леся, – я родила мальчика, едва закончив школу. Спасибо бабушке, которая на себя младенца взяла, поэтому я смогла в институте учиться. Я могу вам чем-то помочь? Кажется, догадываюсь, что вас в клинику привело. Смерть Лауры Кривоносовой. Верно? Сотрудникам объявили, что она покончила с собой, отравилась препаратом «Дорминочь». Кстати, его в клинике активно используют, дают в стационаре, чтобы человек после операции хорошо спал. Мне жаль Лауру, у нее был непростой характер, но Кривоносова честная до мозга костей, по крайней мере, во всем, что касается профессии.

Коллеги ее терпеть не могли, она никогда не прощала ошибок, халатности, лени. Если замечала непорядок, сразу докладывала Майе Григорьевне. Анна тем же занимается, стучит на коллег, но делает это тайком и наушничает не хозяйке, а ее помощнице Варе. Варвара с Аней подружки неразлейвода, друг другу помогают. Варя медсестру прикрывает, а та с секретаршей барышом от своих клиентов делится. А Лаура на летучке вставала и ну шашкой размахивать. «Майя Григорьевна, обращаю ваше внимание на то, что вчера вечером пациенту забыли сделать укол». Ну и так далее, она прямо в глаза правду-матку рубила. А кому такое понравится? Федина тоже не в восторге была. Ей-то приходилось на доклады Кривоносовой реагировать.

– Значит, у кого-то в клинике могло возникнуть желание отравить Лауру? – спросила я.

– Большинство сотрудников ее недолюбливало, – протянула Олеся, – но чтобы убить… надеюсь, таких нет.

– Персонал часто чаевничает? – продолжала я.

Леся нацелилась на «картошку».

– Чтобы все вместе за одним столом, это крайне редко бывает, но комната отдыха не запирается, любой может туда зайти. Заварку не прячут, на столе всегда торт, конфеты, булочки – подарки пациентов. Ну и привычки друг друга известны. Лаура не любила ни чай, ни кофе, она пила исключительно травяные сборы, приносила с собой термосы, ставила их на столик.

Легко можно было выбрать момент и подсыпать в шиповник или ромашку «Дорминочь».

– Термосы? – повторила я. – Их было несколько? Одного не хватало?

Леся стала собирать ложечкой молочную пену со стенок бокала.

– Один раз я поинтересовалась у нее: «Зачем два термоса таскать? Тяжело ведь». Она ответила: «Лесенька, если я не остаюсь на дежурство, то всегда перед уходом выпиваю два стакана успокаивающего чая, там пустырник, валерьяна, мята, ромашка.